Я согласилась… Не предполагая,что именно в этот момент сделала первый шаг в свой персональный ад…

Сейчас я вспоминаю о случившемся с грустью и досадой даже. Досадой на себя, дурочку наивную… Потому что переоценила свои силы, поверила в себя слишком, посмотрела не на того мужчину.

И смешно вспоминать себя прежнюю, уверенную такую, амбициозную, наглую даже, считающую, что весь мир будет играть по моим правилам.

Всегда.

Что же, судьба любит посмеяться.

Тяжелые ладони на моей талии становятся жестче, капканом обхватывают, прижимают с такой силой, что невольно задыхаюсь. Потому что инквизитор тянет все ближе и ближе к себе, стремясь укрыть своим плащом нас обоих, от всего мира спрятать за кровавыми знаками инквизиции.

А я сопротивляюсь. Пока сопротивляюсь. И от этого он звереет, бесится, невольно усиливает давление.

Он не любит, когда ему противятся. И наказывает. Особенно не любит, когда своевольничает женщина.

Женщина, которую он считает своей. И на ее мнение ему плевать. Это жуткий, шовинистический взгляд на мир, дикость и средневековье. И я до сих пор не понимаю, каким образом оказалась в этом всем. Ведь я же просто играла…

А сейчас он играет мной.

— Фатати… — низкий, будоражащий шепот на ухо, и я вся покрываюсь мурашками, — сахир… Скучала?

— Нет… — я опять играю. Я вру. Жизнь меня ничему не учит, да. Особенно, когда он рядом. Гореть мне в огне…

Мой инквизитор хрипло смеется, и от его смеха волны горячего предвкушения растекаются по телу. Он знает, что я никуда не денусь. Я не устою.

Я тоже это знаю.

Я слаба перед ним.

Потому и бежала из игрушечного города у моря быстрее ветра, когда поняла, что игра моя зашла слишком далеко. И перестала быть игрой…

Бежала обратно, в свою привычную жизнь, надеясь обрести в знакомой обстановке, среди старых друзей, рядом с мамой и бабушкой, себя прежнюю. Почему-то мне казалось тогда, что все получится.

Ничего не получилось.

Теперь я это отчетливо понимаю, оказавшись снова в его лапах.

— Лаура! — передо мной возникает Рик, стреляет ревнивым взглядом в темную громаду инквизитора над моей головой, кривится, — вот ты где? Там наши тебя потеряли…

Я не успеваю ничего ответить, потому что моему инквизитору не нравится Рик. Ему вообще не нравится, когда рядом со мной появляется мужчина. Любой. За эти полгода я уже успела в этом убедиться. И не раз.

В одно короткое мгновение, за которое я успеваю лишь моргнуть, огромная черная фигура в плаще оказывается между мной и Риком, как-то сразу затмевая собой всю хэллоуинскую вакханалию, лазерные лучи, вспышки огней на танцполе. И даже звук, кажется, стихает, испугавшись моего инквизитора.