Слова спешили, толкали друг друга, голос делался всё громче и громче. — Почему вам позволено всё знать, а мне нет?

— Нам тоже нет! — перебил его Рон. — Мама не пускает нас на собрания, говорит, малы ещё…

Тут Гарри, не помня себя, закричал:

— Надо же, вас не пускали на собрания! Бедненькие! Но вы же были здесь, так или нет? Вы были вместе, а я целый месяц торчал у Дурслей! Я больше совершил, чем вы оба, и Дамблдор это знает! Кто защитил философский камень? Кто одолел Реддла? Кто спас вас обоих от дементоров?..

Всё горькое и негодующее, что Гарри передумал за месяц, хлынуло из него потоком.

Ощущение бессилия из-за отсутствия новостей, боль из-за того, что друзья вместе, а он отдельно, ярость, которую он испытал, узнав, что за ним следили без его ведома… Все ЭТИ чувства, которых он отчасти СТЫДИЛСЯ, вырвались наконец наружу. Испугавшись крика, Букля слетела с его плеча и опять села на шкаф. Сычик, тревожно вереща, ещё быстрей принялся кружить у них над головами.

— Кого в том году испытывали драконами, сфинксами и прочей нечистью? Кто увидел, как он возродился? Кто должен был от него спасаться? Я!

Ошеломлённый Рон стоял с разинутым ртом и не знал, что сказать.

Гермиона, казалось, вот-вот разревётся.

— Но зачем, спрашивается, мне знать, что происходит? Зачем вам беспокоиться насчёт того, чтобы я был в курсе дела?

— Гарри, мы хотели тебе сообщить, мы действительно хотели… — начала Гермиона.

— Хотели, да не слишком! Иначе послали бы мне сову! Дамблдор, видите ли, заставил их пообещать…

— Он правда заставил…

— Целый месяц я сидел как идиот на Тисовой улице, целый месяц таскал из мусорных баков газеты, надеялся хоть что-нибудь узнать…

— Мы хотели…

— Я думаю, вы от души надо мной посмеялись в этом уютном гнёздышке…

— Да нет же, честно…

— Гарри, нам действительно очень-очень жаль! — в отчаянии воскликнула Гермиона.

В глазах у неё блестели слёзы. — Гарри, ты абсолютно прав! Я на твоём месте тоже была бы в бешенстве!"

"Гарри, всё ещё часто дыша, уставился на неё, потом опять отвернулся и начал ходить взад-вперёд по комнате. Букля угрюмо ухнула со своего шкафа. Наступила долгая пауза, когда раздавался лишь тоскливый скрип половиц под подошвами Гарри.

— Где я, что это за место? — внезапно выпалил он.

— Штаб-квартира Ордена Феникса, — мгновенно ответил Рон.

— Может, кто-нибудь скажет мне наконец, что это за Орден такой?

— Это тайное общество, — быстро сказала Гермиона. — Его основал Дамблдор, он же и возглавляет. Участвуют главным образом те, кто боролся против Сам-Знаешь-Кого ещё в прошлое его появление.

— Кто входит в общество? — спросил Гарри, резко остановившись и держа руки в карманах.

— Совсем немного народу.

— Мы знаем человек двадцать, — сказал Рон, — но думаем, что есть и другие.

Гарри смотрел на них.