Все то же самое пережила. С Анархистом. С его отцом-подонком. Своим отцом никогда его не назову.

— Ты пережила ад, детка…

— Нет, мама. Ад ждет впереди. Когда Эмин приедет.

Мама напряженно молчит. Воду горячую подливает только да пены добавляет. Чтобы тело пахло приятнее и не выглядело таким ужасным после ласк Эмина.

— Ну, хватит… Детка, мы выберемся.

— Никто нам не поможет, мама. Ты в руках Анархиста. а я в руках… его сына. Пусть не родного, но не менее жестокого. Они так похожи, мама. Теперь я знаю правду и вижу, как сильно они похожи. Это… пугает.

— Послушай, детка Ди.

Мама ласково касается моего лба. Убирает влажные пряди. Приносит шампунь с полки, мочит волосы.

«Детка Ди», — мама любила называть меня так.

Я улыбаюсь. С горечью.

— Возможно, он свернет с дороги. И не станет таким, как его отец.

— Нет!

Я скидываю руку мамы. Она отшатывается от меня. На волосах шумно трескается шампунь.

— А возможно другое! Возможно, в один момент я забеременею, а Эмин превратится в монстра. Ревность перестанет ведать границ, а пощечины сменит что посильнее. Я сбегу, позвоню ему с перрона вокзала. И он мне ответит… А я солгу ему, мама, что сделала аборт.

А он возненавидит меня. Всю жизнь будет гнаться. Так ведь было у вас, мама?

Анна молчала.

— И вот я выйду замуж за хорошего мужчину, который примет меня с чужим ребенком, а затем все двадцать лет мы будем бежать! Бежать от монстра, чтобы однажды он убил хорошего мужчину, забрал меня в свою золотую клетку, а ребенком нашим своим распоряжался как товаром! Так сейчас происходит, мама?! Так?!

Я захлебываюсь слезами.

Тело пробивает крупная дрожь, а всхлипы превращаются в рыдания.

Мама не знает, как подступиться.

Ее глаза полны отчаяния, а мои — слез.

— Лучше бы я в Москву ехала! Лучше бы Басманову досталась!

— Не говори так. Ты не знаешь Басмановых. Это сыновья Эльдара, двоюродного брата Булата. Твоего дяди получается. Вероятно, он захотел тебя в жены для своего приемного сына Давида.

Я позволяю маме подойти. Она наклоняет мою голову назад и осторожно смывает шампунь с волос. Бережно вытирает волосы белым полотенцем, наносит бальзам. Мама до сих пор любила ухаживать за мной."

"— Может, все к лучшему. Если бы не Эмин и не эти… следы, — мама запинается, — Булат выдал бы тебя замуж за Давида.

В Москве бы безвозвратно осталась.

— Мама, ты обо мне как о товаре говоришь.

— Детка, я живу в этом мире много лет. Я привыкла. Знаешь, Диана, в нашем с тобой случае остается выбирать лучшее из зол. Эмина ты уже знаешь, а вот Давида — нет. Поверь, Басмановы совсем безбашенные. Что они творят в Москве… ты бы только знала. Первый сын Эльдара — Рустам, о нем ходят жуткие слухи. Говорят, сестру его обесчестили. Полюбила Карина мальчишку, так Рустам убил его.