Только в отличие от них с Дэвидом, они были совершенно непохожи.

Значит, кузен думал – или убедил себя, – что герцогский титул по праву принадлежит ему, и собирался воплотить свою претензию в действительность любыми путями. Интересно, гадал Маркус, неужели Бентли искренне полагал, будто в его кабинете спрятаны какие-то документы? Или просто хотел получить возможность сунуть нос в дела герцога?

Без малейшего сомнения, он решил сыграть на желании девушки узнать своего настоящего отца, манипулировать ею ради воплощения черного замысла. Эксетер не исключал и того, что Бентли, добейся он успеха, в конце концов отправил бы Лили на виселицу за убийство. Да, кузен вполне был на такое способен. Наверное, сам передал бы девушку полиции и заявил, будто раскрыл преступление.

– Значит, он сказал, что его отец был также и твоим отцом, – напомнил Маркус. – Какое доказательство он предъявил?

Лили растерянно моргала.

– Ну как же, он… – Она запнулась. – Он признался. Сказал, что нашел дневник своего отца и вычитал там эту историю. Ну, как его отец соблазнил мою мать, когда она служила в горничных в Эйнсли-парке. Он… сказал, что был потрясен, – пробормотала Лили. Нелегко было расставаться с иллюзией. – Сказал, что не сможет объявить меня своей сестрой публично, но все равно я буду ему как родная, что он станет заботиться обо мне, как брату положено заботиться о сестре. А раз я ему сестра, то должна помогать.

– Он показывал тебе этот дневник?

– Нет, ваша светлость, – прошептала девушка.

– Он предъявил тебе какое-нибудь доказательство? Или было только его слово?

Она помотала головой. Маркус тяжело вздохнул.

– Мой дядя умер несколько лет назад, – сказал он Ханне. – И насколько я помню, он был не из тех, кто стал бы вести дневник. Дядя был мечтателем, художником-любителем. Он думал только о живописи, о картинах. Вздумай он побаловаться с горничной из Эйнсли-парка, мой отец немедленно призвал бы его к ответу. – Герцог помолчал. – Не сомневаюсь, Бентли это знал.

Лили кивнула.

– Да, ваша светлость. Какая же я была дура! Развесила уши…"

"Маркус вдруг понял, что даже сочувствует девушке. Это все Ханна виновата, решил он про себя. Впрочем, на жену он и не думал сердиться. До появления Ханны ему и в голову не пришло бы, что Лили нужно пощадить.

– Сколько тебе лет? – отрывисто спросил герцог. Конечно, история Бентли – ложь от начала до конца. Однако попробуй докажи. Но он попытается. Цепочка рассуждений должна привести к Лили, которая, как ни крути, предала своего хозяина ради красивой сказки!

– Почти двадцать три, ваша светлость.

Маркус задумался.

– Двадцать два года назад мой отец женился на Розалинде. Дядя, кажется, был тогда в Эксетер-хаусе. Но годом раньше… – Маркус покачал головой, припоминая.