Запаиваю на время дверь и сразу в помещение врываюсь, где трое мужиков при свечах бухают. По виду — местная дружина. Рожи наглые, в стороне замещаю ногу девушки, торчащую из–за занавеса, закрывающего закуток.

— Это что за сопляк? Кого ты пустила, карга? — Возмущаются сразу.

А я иду мимо и шторку отодвигаю, где полумёртвая истерзанная девушка в разорванном платье лежит на грязной перине. Лет шестнадцати на вид.

— Вы что, скоты, сделали? — Оборачиваюсь к уродам, которые за мечи и кинжалы уже взялись.

— Любавушка, просыпайся, — слышу сдавленное от бабки.

Похоже, у неё с башкой что–то.

— Заткнись, карга! Рассола ещё тащи, — кидает один ей, будто меня тут и нет.

— Понравилась девка? — Это уже ко мне обращается второй. — Три медяка и забирай до утра.

— Подожди, да он не наш, — спохватился третий дружок и поднялся.

— Чего припёрся? Отвечай, пока цел.

— Двадцать всадников в тёмных одеждах два дня назад тут проезжали, — начал, следя за мимикой каждого. — Это мои друзья, я отстал малость, нагнать не могу.

— Камиловские? Да какие ж они тебе друзья? — Усмехнулся один, но тут же прикусил язык, когда второй на него зыркнул зло и мне:

— А ты случаем не с Новосёлок? Нас предупреждали…

Пустил ему в глаз Жало, прерывая полемику.

Второго сидящего с ноги вырубил, запрокинув как куклу. Похоже, там шея хрустнула, и с этим всё. Третий кинжал бросил и лапки кверху.

— Не убивай, пощади, — взмолился.

В принципе я так и понял, что он слабое звено.

— Что за Камиловские, где их искать? — Спросил, нависая над подонком.

Мужик выложил всё, что знал. В этом я убедился, отрезав ему пару пальцев в процессе допроса. А когда уже стал не нужен, прикончил, чтоб не мучился.

Девочку полечил амулетом, вроде оклемалась. В процессе понял, что надругательства длятся уже какое–то время. И ещё раз убедился, что уродов хватает везде и во все времена, которые не прочь поиздеваться над слабыми и беззащитными. Правда жизни.

Бабке десять серебряников и под сотню медяков высыпал на стол. Всё, что у подонков и было.

— За хлопоты. Внучку береги, — сказал напоследок.

— Любавушка, — завыла бабка и бросилась к девушке, от которой, похоже, получила пяткой в нос.

— Уйди, старая дура…

Когда вышел, наткнулся ещё на два трупа, похоже, из этой же шайки.

Гайя прикрыла.

Что касается добытой информации. Наёмник Камил со своей шайкой известен в западных землях барона, как жестокий бандит, который работает не то на Горазда, не то на поляков. Скорее всего, на тех и тех. Запугали они местных так, что боятся их сильнее любой нечисти. Сам барон о крестьянах в местных поселениях не сильно заботится. Просто дань стрижёт и не парится.

Не испытывая терпение местных, мы погнали дальше.