— Всё на благо Рода и его членов, — произнесла важно, снова акцентируя это. — Я дам тебе восьмерых мастеров в сопровождение и повозку. Чтобы ты доставил эти сокровища домой благополучно.

— Спасибо, мама, — повторил я уже отстранённо.

— Завтра у тебя с князем сделка, — дальше вещает. — Я буду присутствовать, как свидетель для заверения договора. Ещё я возьму двух знатных профессоров, как третьих не заинтересованных лиц. Думаю, и от князя будут свидетели. Надеюсь, ты не пустил пыль в глаза, сказав, что собрал все двадцать тысяч. Иначе мы опозоримся.

Я даже не сильно удивился, что она в курсе. Думаю, пока она слезала с седла и тащила волоком Ясмину, ей все новости за две недели её отсутствия в ускоренном режиме заливали осведомители в оба уха.

— Не беспокойся, мама, — ответил. — Всё? Можно идти?

— У тебя день рождения, — констатировала задумчиво. — Если Зорина тебя не устроила, тогда подарю другой подарок.

— Золота, которое пришло вовремя, мне достаточно, — парировал, решив покапризничать.

— Не обижайся, — заулыбалась. — Ты же теперь мой родной мальчик. По правде давно собиралась тебе Это вручить.

С этими словами она достала из ящика стола коробку и кивнула:

— Прими, прошу.

Подошёл, взял коробку, открыл. А там на красной тряпочке родовой перстень Морозовых. Вулканический металл, золотая окантовка уже солидная, сразу видно, что графский. Да ещё и новенький. Изображён тиснением герб рода: фигурная буква «М», и ничего лишнего. Полагаю, этим перстнем завтра и надо делать оттиск на договоре.

— Снимай этот жалкий кусок металла и надевай достойный ярлык, — выпалила Галя в нетерпении. — Ну же.

Послушно снял родовой Перстень Сусловых, лишаясь трёх единиц от ёмкости резерва. И надел на его местно новый. От внезапной пустоты в груди на пару секунд задавила боль. Перетерпел и ощутил мощнейший бонус. Двадцать пять единиц к резерву прибавилось! Ничего себе подарок!

Теперь общий составляет сто восемьдесят семь единиц. Ещё немного, и можно цеплять на сиську крестик Ратко. И начинать творить чудеса в бою.

— Ну как тебе? — Восторжествовала Галя и дальше уже строго. — Помни, Ярослав, твой род всегда позаботится о тебе. Никогда не придавай его.

— И не собираюсь. Благодарю за подарок, матушка.

— Ты в обиде на меня, — пробурчала. — Из–за Ясмины? Неужели я чего–то не знаю?

Подхожу к ней ближе. Прямо над ней нависаю, смотрит встревоженно. А я всё же пьяный, могу сказать, что на духу, даже ей.

Потому что сердце моё не на месте. Особенно в этот прекрасный день, когда я собрал столько людей вокруг.

— Галь, я… я влюбился в тебя, как добрую, умную и честную женщину, — признаюсь. — Твоя воинственность и бесстрашие тоже мне нравятся. Но вот эта жестокость, эта бесчеловечность в тебе, которая порой проявляется, она отталкивает.