Забило по броне пиками дождём! По руке садануло! Ещё не успели корни из пасти Жабы долететь, как уже с двух сторон чёрные змеи метрового диаметра кнутами хлестнули, чтобы прихлопнуть, как муху.

Оттолкнувшись корнями, едва миновал удар. Сверху кроны уже готовы сцапать! Вот это контроль у твари, вообще не докопаешься. Цепляясь за ветки, выращиваю пулемёт из одной руки на пятнадцать стволов и всаживаю залп за залпом по гигантским корням–змеям. По левой, разваливая на ледышки, затем по правой, когда уже приземляюсь.

Отвлёкся на долю секунды и корни вражеские прямо с земли сцапали, лишая подвижности буквально на секунду.

Пока срезаю назойливых змей плёткой, мелкие жабки на корнях присасываются. И не просто кусают, а как самые настоящие присоски с эффектом мощнейшего пылесоса впиваются и в броню, и в плоть. Первые отвлекают на себя, дальше уже обвивают корни.

Уже замахнулся, чтоб срезать и эту дрянь! Но меня резко рвануло вперёд, что куклу, и вот я уже несусь в пасть огромной жабы. Вбирает с треском и чавканьем живенько. В чреве оплетает туже, от зловонья хочется блевануть ей прямо в нутро. Дышать нечем, сдавливает.

Перестаиваю манипулятор в перчатку и рву её изнутри! Выбираюсь с трудом через слои плоти. Практика с Хикупты есть, ничего нового.

Когда вылез наружу сверху, отплёвываясь от чёрной крови, ослабшую жабу потянуло обратно в болото. Вроде само собой, но тут же почуял, что она шевелится. В подтверждение её активности стало прилетать пиками по броне и в тело. Дерево внутри меня только и успевает всё выталкивать вместе с токсинами.

Гигантская жаба зашевелилась сильнее, когда я вонзил в неё Пиявку! И сразу взвыл от кайфа, потому что силы полились в меня ручьём.

Нефтяным.

Чуть не застонал в голос, сползая вместе с ней в жижу. Но кайф быстро обломали лешие–приспешники, которые стали на меня бросаться, только уклоняться успевай. Пару раз миновал, трёх следующих переломал плетью. И следом меж глаз жабе вонзился, раскурочивая черепушку. Когда рванул костяной орех, она и выдохнула, прощаясь. Следом и приспешники попадали да бултыхнулись в болото.

Раздавив орех с трудом, раскопал в зелёном желе тёмно–зелёное зёрнышко, светящееся белым. И тут же впитал его через руку. Теперь ты мой, старший дух Жаб.

Мои троглодиты под сердцем живенько всосали его по венам и объяснили кто здесь хозяин. Плюс пять единиц резерва он мне сразу дал, а ещё я почуял, что теперь и плотью жаб могу управлять. Не в том смысле, что двигать. А изменять.

Это сразу показалось мне мерзким и неправильным. Особенно, когда я весь в этом жабьем вонючем дерьме стою."

"Когда бой закончился, я сразу же позвал Купаву. А в ответ тишина! Кое–как сам её засёк уже с помощью связи с местной флорой, которая теперь стала доступна.