Латентный сексуальный маньяк, подавляющий желание убивать брюнеток и…

Я не дал эскулапу договорить.

– Вы о ком сейчас ведете речь?

– О вас, голубчик, – заулыбалась тучная мадам академик. – Не переживайте, сегодня в нашем распоряжении масса средств для сдерживания ваших инстинктов: таблетки, уколы, психотерапия, занятия в группе…

– С чего вы взяли, что у меня комплекс неполноценности? – перебил я Радько.

Гора в кресле попыталась сложить руки на животе и потерпела неудачу – верхние конечности оказались слишком коротки для столь объемного пуза.

– Душа моя, – сладко пропела ученая дама, – только не нервничайте.

Вы сказали, что никогда не женитесь на русалке.

– Конечно, нет, – фыркнул я. – Как вы себе представляете наш счастливый союз? Супруга не может передвигаться по суше, а у мужа отсутствуют жабры, он не приспособлен дышать в воде.

– Нет, голубчик, – нежно остановила меня Радько, – вы человек сухой, рациональный, поэтому подводите под свое решение логическую базу. На самом деле причина иная. Знаете, почему вы не желаете жить с русалкой? Потому что думаете, что никогда не сможете вместе с ней опуститься на дно.

– Верно, – согласился я, – пару секунд назад я сказал вам то же самое: я не приспособлен дышать в воде.

– Ангел мой, обратите внимание на свое подсознание, – повысила голос Радько. – Что оно вам говорит? Слышите?

– Нет!!! – воскликнул я.

– Я не опущусь на дно, значит, я дерьмо, вот голос вашего эго, – объявила Радько. – Вот она, самооценка: я – дерьмо. Дерьмо я.

Я оторопел, а доктор продолжала:

– Дерьмо не тонет. Если я не тону, то я какашка.

– Оригинальный вывод, – не выдержал я. – А сексуальный маньяк во мне в чем проявляется?

– В ненависти к матрешкам, которые символизируют весь женский род, – пояснила врач.

 – Ни на одной господин Подушкин жениться не пожелал.

– По-вашему, если мужчина холостяк, то он серийный убийца? – уточнил я.

– Конечно, нет, – засмеялась Радько. – Я не женат, но мне деревянные куклы очень нравятся. Все. А вам нет. Дорогуша, мы можем начать ваше лечение с электровоздействия на лобные доли мозга. Да! Чуть не забыл, есть и хорошая новость: старческого слабоумия у вас не наблюдается, что весьма отрадно для человека совсем не молодого возраста.

Я прав, Виктор?

– Да, да! – подхватил помощник. – Жизнь дурака вовсе не радостна, уж я-то знаю.

Я стал лихорадочно соображать, как побыстрей смыться из кабинета странного существа, которое все же оказалось мужчиной.

Тут у Радько зазвонил мобильный, и он произнес в трубку:

– Да! Правда? Бедный Леонид Маркович… Сейчас поднимусь.

Доктор с кряхтением встал, и я увидел, что его рост совпадает с объемом талии.

– Душа моя, потоскуйте пока в компании Виктора. У нас беда – доктор Горелов погиб в ДТП.