– Кем вы работаете?

– Владелец частного детективного агентства, – представился я.

Радько почесала нос взятой со стола линейкой.

– Понятно. У пациента никакой фантазии, эмоциональность снижена, зато хорошо с логикой. Но все же попробуем… Представьте, что игрушки живые. Какая вам, как мужчине, совершенно не подходит?

– Ни одна, – решительно отрезал я. – Мне нравятся стройные ухоженные дамы, элегантно одетые. А на полке толстушки без талии, наряженные в сарафаны.

– Надо найти среди них наиболее гадкую, – потребовала академик. – Ну-ка, включите ту малую толику фантазии, которую вам, выпускнику юридического вуза, отсыпали родители.

Я учился в Литературном институте, потом работал редактором, сам пытался писать. Детективом стал из-за нежелания жить в одной квартире с Николеттой и потому, что маменьку надо было содержать. Элеонора, которая взяла меня к себе секретарем и предоставила комнату, самозабвенно занималась расследованиями. Хозяйка сидела в инвалидной коляске и при первой нашей встрече объявила: «Ваня, я мозг, а ты ноги». И я стал носиться по городу, добывая для Норы информацию[11].

Но рассказывать свою биографию академику Радько мне не хотелось, поэтому я уставился на деревянных уродцев и после небольшого раздумья ткнул пальцем в одну матрешку.

– Вот эта в шеренге невест будет на последнем месте.

– Обоснуйте свой выбор! – рявкнула Радько.

– Она мне не нравится, – пробормотал я.

– По какой причине?

– Противная.

– Что вас от нее отвращает?

Я пожал плечами."

"– Я не люблю восточных женщин, меня привлекают дамы европейской внешности. А эта кукла явно принадлежит к монголоидной расе: темные волосы, широкие скулы, узкий разрез глаз.

И весьма странно, что у нее сбоку нарисован рыбий хвост. Жениться на русалке? Увольте!

– А если будет выбор: кентавр или русалка, кого вы предпочтете? – оживилась Радько.

– Никого, – сообщил я. – Кентавры мужчины. А русалки живут в воде. Никто из предложенных вами не подходит мне в спутницы жизни. Первый по половому признаку, вторая по среде обитания.

– Не любите море? – заинтересовалась Радько.

– Чисто теоретически прекрасно отношусь к морю, – начал объяснять я, – но на пляж не езжу.

Там жарко, шумно, грязно, кричат дети, а большинство взрослых в раздетом виде выглядят устрашающе. Смотришь на фигуры в купальниках-плавках и понимаешь: всем им пора перестать питаться десять раз в день и надо спешить в спортзал.

– Виктор, включите диктофон, я объявляю диагноз, – торжественно продекламировала Радько. – Шизофренически параноидальное состояние в соединении с глубоким комплексом неполноценности в фазе обостренной обиженности на весь окружающий мир и злобности по отношению к женскому полу.