– О, да у тебя тут пир горой, – одобрительно хмыкнул гость, покосившись на обильное угощение.

Да уж, пир. Спасибо Русу. Постарался.

– Тогда и я свою лепту внесу, – добавил Дронов. – Ниночка моя пирогов тебе передала. Тут и с мясом, и с яблоками, и с грибами. Грибов в этом году много уродилось. Четыре кадушки засолили, а насушили сколько! На всю зиму хватит. Вот приедешь в гости, угощу. Знатные грибы. Да…

Василий Ильич покопался в сумке и достал из нее завернутые в холщовое полотенце пироги.

– Ну-ка, подсоби, – обратился он ко мне. – Вон у тебя доска разделочная висит, давай ее сюда.

Еще один командир! Что-то везет мне на них в последнее время.

Я положила затребованный предмет на стол, и гость принялся выкладывать на него аппетитные, румяные пироги.

По кухне поплыл непередаваемый аромат сдобы. М-мм. Любимый запах детства!

– Какая красота, – не удержалась от улыбки. – Сейчас чайник закипит, будем с вами чай пить.

– А, это хорошо, – кивнул Дронов, усаживаясь на диван. – Это мы завсегда с превеликим удовольствием.

Я дождалась «контрольного свистка» от старого бабушкиного ветерана – да-а, была у Катерины Васильевны любовь к «громкоговорящим» предметам – и залила кипяток в заварник.

Тоже, кстати, перешедший ко мне по наследству, как и вся обстановка квартиры.

Чай пили основательно. Прям, как тогда, в поезде. Василий Ильич неторопливо рассказывал мне о своем житье-бытье, показывал фотографии жены и внучки, хвалился, что девочка на работу устроилась, санитаркой в больницу.

– Годик отработает, а на будущий – в институт поступать пойдет. Врачом хочет стать.

– Хороший выбор, – улыбнулась я.

– А то! Будет у нас в семье свой доктор, – кивнул мужчина.

 – Ну а ты, Маша, как поживаешь?

Он окинул меня внимательным взглядом.

– Да как поживаю? – я пожала плечами. – Потихоньку. Вот, ремонт небольшой сделала, а так, работаю, детей учу.

– А своих, что же, не надумала заводить? Возраст-то у тебя уже подходит, чего чужих учить, пора бы и собственной семьей обзавестись.

Никогда не любила вопросы о детях. Это всегда было больной темой. Но Василий Ильич спрашивал хоть и прямолинейно, но искренне.

– Думаю я, думаю, – усмехнулась в ответ. – Может, и надумаю.

– Ну, чтобы надумать, надо сначала мужчину подходящего найти.

Есть у тебя на примете кто? – остро взглянул на меня Василий Ильич. – А то, смотри, у меня сосед имеется – вот такой парень! – Дронов поднял большой палец. – Умелый, додельный, любое ремесло в руках горит. И собой хорош. Золото, а не жених! Хочешь, познакомлю? Вот приедешь к нам с Ниночкой, я вас и сведу, – загорелся мужчина. – А Ниночка моя тебя ждет. Она у меня страсть как гостей любит.

Звук открывающейся входной двери прервал рассуждения Василия Ильича.

Рус. Вернулся.