Меня окликает звонкий женский голос:

— Граф Данила Степанович?

Я поднимаю глаза и вижу перед собой стройную девушку в закрытом купальнике. Аристократка. В этой зоне пляжа других и быть не может.

— Он самый, сударыня, — вежливо отвечаю. — С кем имею честь говорить?

— Баронесса Оксана Савицкая, — представляется незнакомка с лёгкой улыбкой и неожиданно делает реверанс. В купальнике это смотрится забавно.

— Я пришла поблагодарить вас, — говорит она чуть тише, но в голосе звучит искренняя признательность. — За то, что вы восстановили и открыли санаторий в Алабмаше. Только там бабушка смогла получить настоящее лечение. Минеральные воды помогли ей поправить здоровье.

Я слегка приподнимаю бровь.

— Ей не могли помочь даже Целители?

Оксана грустно качает головой:

— Дело не в болезни, а в старости.

— Понятно… Минводы помогают организму, но время не обманешь, — киваю, делая мысленную заметку. Я давно собирался съездить в Алабмаш — с тех самых пор, как спас кавказский городов от Бехемы, но всё как-то руки не доходили. Теперь появился ещё один повод.

Чтобы соблюсти приличия, поднимаюсь и с лёгким поклоном отвечаю:

— Рад, что смог помочь. Примите мою радость, сударыня.

Но прежде чем Оксана успевает что-то сказать в ответ, рядом с ней неожиданно возникает высокий, загорелый парень в шортах. У него суровое выражение лица, он явно раздражён.

— Оксана, ты чего тут делаешь? Ты долго ещё?

Девушка смущённо отводит взгляд:

— Я уже почти всё… Просто хотела поблагодарить графа Данилу.

Парень резко замирает.

— Граф Данила? Вещий-Филинов? — его взгляд темнеет, на лице проступает напряжённое выражение.

Я спокойно смотрю на него:

— Он самый, сударь.

Парень хмурится, челюсти сжимаются так крепко, что на скулах вздуваются жилы, а затем он, неожиданно, низко кланяется.

— Я благодарю вас, граф, — его голос звучит твёрдо, но искренне. — Меня зовут Сибирский Дмитрий, наследный сын графа Сибирского. Я от всего сердца благодарю вас за ханьскую военную кампанию.

— Так сильно не любите ханьцев? — улыбаюсь.

Сибирский кивает.

— Еще как! То есть… да, но за дело, — тут же исправляется. — Когда вы начали устраивать диверсии в сердце Ханской империи, окружение рисоедов вокруг нашей группировки распалось, и мой брат был спасён.

Я задумчиво перевожу взгляд на линию горизонта, припоминая детали той кампании. Ци Ван тогда здорово понервничал, а Странник так вообще копыта откинул.

— Да… помню. Славное было время.

Граф Сибирский выпрямляется и внезапно говорит:

— Я от лица нашей компании приглашаю вас на вечеринку сегодня в шесть в клубную зону отеля «Эдем». Приходите вместе с жёнами, граф.

Я поправляю, не сдержав лёгкой усмешки:

— Не с «жёнами», а с «женой и тёщей», граф.