Не могу объяснить, что произошло со мной. Внутри все перевернулось. Вспомнилось все зло, какое я от него претерпела, все прошлые лишения и муки, а он сидел такой благополучный, самодовольный, подлый, готовый мстить моему сыну… Чувства мои не поддаются описанию. Нож лежал у меня под рукой. Артур даже не смотрел в мою сторону. Под влиянием слепой ярости, может, лучше сказать – безумия, я схватила нож и нанесла удар. Хотела ли убить его, не знаю. Думаю, в тот миг – да. Так или иначе, теперь я рада, что это сделала. Люди назовут меня убийцей, но мне все равно.

Артур повалился грудью на стол. Из раны хлынула кровь. Она испачкала мне рукав. Я обернула его шарфом и выбежала из комнаты. Колени у меня дрожали. Я едва соображала, что делаю.

Сев на велосипед, я поехала домой. Перчатки мои оказались в крови. Я сожгла их на кухне, когда слуги легли спать.

Мне казалось, никто никогда об этом не узнает. Полиция сочтет, что убийца – какой-то бродяга. Я не предполагала, что мой поступок навлечет опасность на других, даже на Джеффри. Но когда из Лондона приехал инспектор, я стала бояться. Он не такой, как наши полицейские. Он понял очень многое. Разузнал всю подноготную о каждом. Я поняла, что со временем дойдет черед и до меня. Естественно, я не допустила бы, чтобы даже такие существа, как эта расчетливая мексиканка или миссис Холлидей, понесли вместо меня ответственность."

"Это все, что я могу сообщить. Добавлю только, что Джеффри я действительно видела так, как описала. Назвав инспектору время – без десяти час, я поняла, что в конце концов он выяснит правду.

Майор Грирсон, отложив последний лист, принялся усиленно сморкаться.

– Ужасно! Ужасно! – заговорил он. – Бедняжка! Кажется, никогда еще я не был так… э-э… расстроен. Нехорошо так говорить, но, право, Хардинг, невольно… э-э… чувствуешь облегчение от такого исхода.

– Надо было поехать мне самому, – неодобрительно процедил суперинтендант. – Думаю, мистер Хардинг объяснит в своем Скотленд-Ярде, как допустил такое. Надеюсь, что его не выпрут за такой недосмотр…

– Бросьте, бросьте… э-э… суперинтендант. Мистер Хардинг не мог заподозрить, что она прячет в кармане… э-э… яд.

– А-а, в том-то и дело, сэр, – с важным видом заявил тот. – Нужно быть готовым к таким вещам, тем более такому профессионалу, как инспектор. Впрочем, отчет писать ему самому.

Хардинг встал.

– Вы совершенно правы, суперинтендант, и мне кажется, пора за него приниматься.

Начальник участка вышел вместе с ним. Перед тем как сесть в машину, он бросил быстрый взгляд на Хардинга:

– Я… э-э… не спрашиваю, умышленно ли вы это допустили. Могу только… э-э… поблагодарить вас. Ужасное дело! Захватывающее! Надеюсь, Хардинг, у вас не будет неприятностей.

– Серьезных, полагаю, нет, сэр. Я все равно ухожу из полиции.