Больше нет смысла тянуть. Сообщаю, что развожусь с мужем, а мой ребенок не от него. Вижу шокированные лица и множество вопросов в глазах. А потом мама спрашивает:

— Так это правда? Даночка, солнышко, ты хорошо знаешь жениха той погибшей девочки?

— Ты о Марке? — уточняю растерянно. Не понимаю, что им известно. Вряди ли Олег что-то рассказал.

— Да, о Марке Болотове. Он уже неделю ночует здесь, прямо в холле у реанимации. А еще заявил нам с папой, что ребеночек у тебя от него. Что ты его женщина, и он тебя никому не отдаст. Олег пытался его выгнать, а когда не получилось, сказал, чтобы мы не обращали внимание. Но это очень странно. А теперь ты говоришь… Получается, он, и правда, отец?

— Отец, — киваю я, пытаясь уложить в голове новую информацию. Марк здесь? И рассказал о нас моим? Родители выглядят сбитыми с толку, приходится добавить: — Так получилось. Когда мы познакомились, я не знала, что он связан с той историей.

— Удивительное совпадение, — произносит мама. — Но теперь понятно, почему он так переживал. Пытался прорваться к тебе. Извини, мы просили никого в палату не пускать. Боялись новых нападений.

Сразу вспоминаю свои видения в полусне. Знакомые прикосновения, шепот. Это был Марк? Все-таки пробрался ко мне ночью?

— Болотов пообещал, что тебе больше ничего не угрожает, — задумчиво произносит отец. — Сказал, что потребовал от Смирнитских оставить нас в покое. А их сын задержан. Тоже непонятная история. После наезда на тебя он сбежал. Но кто-то его нашел, избил и сдал полиции. Очень рад, что этот урод в камере. Там ему самое место. Но охрана у твоей палаты останется. Так нам спокойнее.

У меня есть мысли, кто мог сдать Виктора. Но вслух их не озвучиваю. И о роли мужа в том, что со мной случилось, тоже. Оставляю это как крайний вариант. Не хочу, чтобы отец себя винил. Да, он настаивал на моем замужестве. Но я и сама хороша, раз поддалась уговорам.

— Дочка, так пустить к тебе Марка? — уточняет мама и поправляет мои волосы.

— Думаю, да. Но лучше завтра. Мне нужно отдохнуть и подумать.

Отец сообщает, что предупредит охрану. Ближе к вечеру родители уезжают. После дежурного посещения врача с помощью нанятой сиделки ужинаю и готовлюсь ко сну. Вставать мне нельзя. Разрешили только немного приподнять изголовье кровати. Потом сиделка уходит, напомнив, что могу вызвать ее в любой момент нажатием специальной кнопки. Лежу в полумраке и пытаюсь осознать все, что случилось. Мысли то и дело возвращаются к Марку. Обида все еще сидит внутри. Но сейчас я гораздо лучше его понимаю. Очень жаль, что он не попытался со мной поговорить. Без доверия трудно построить что-то стоящее. А Марк, получается, хочет? Раз заявил об этом моим родным.

Слышу, как тихо приоткрывается дверь.