Мне что-то следует сказать? «Пошел вон, негодяй?» или «Ну здравствуй, папочка, явился – не запылился!» Но во мне сейчас не было ни злости, ни язвительности, лишь странная пустота.

Может, не стоило быть такой доверчивой? Надо было потребовать доказательств нашей кровной связи. Да только они не нужны: я будто смотрела на себя в зеркало, вот как мы с бароном Ви’Ремом похожи. Черты лица, цвет волос и глаз. Ничего мне не досталось от мамочки – все от него.

– Присядем? – бесстрастно попросил барон. – Если захочешь уйти, я держать не стану.

Пусть бы он попробовал меня удержать! Я покосилась на дверь и… не ушла.

Нис сказал, что этот человек не любил мою маму, хотел выгнать ее из дома, и вряд ли он сможет оправдаться, но я столько бессонных ночей провела, думая об отце, что сейчас просто не могла навсегда перевернуть эту страницу своего прошлого.

Я села на край дивана – напряженная, как натянутая струна. Барон устроился на противоположном конце и некоторое время молчал, разглядывая меня. Он беспокойно хлопал по колену перчатками, которые сжимал в руках. Неужели волновался?

– Давно, когда я был очень молод и горяч, я совершил ошибку, – сказал он.

 – Я встретил девушку и, как мне казалось, полюбил. Но мы принадлежали к разным слоям общества, нас не связывало ничего, кроме влюбленности. Наверное, история так бы и закончилась, едва начавшись, однако Рема забеременела. Я не мог на ней жениться, но и выгнать на улицу мать своего будущего ребенка не мог. С каждым днем я раздражался все сильнее. Пил. Кричал. Не приходил домой по ночам. В конце концов она не выдержала моего поведения и сбежала.

Я слушала голос отца и смотрела на свои руки, вцепившиеся в подол.

То, что поведал мне барон, было похоже на правду, во всяком случае не противоречило рассказу Ларниса. Нис не говорил, что отец хороший человек, но и сам барон Ви’Рем не притворялся добрым малым.

– После того как родится ребенок, я хотел оставить младенца себе: все же как-никак родная кровь. Но когда Рема сбежала, я вздохнул с облегчением и не бросился на поиски.

Я вскинула глаза и натолкнулась на внимательный взгляд.

– Прошли годы. В моей жизни многое изменилось. Я, возможно, стал мудрее, хотя семьей так и не обзавелся.

И со временем начал понимать, что, возможно, умру, не оставив наследника. Эта мысль… пугала. Недавно я почувствовал всплеск силы и понял, что в моем ребенке пробудилась магия. Теперь я знал, кто ты и где ты, и мог прийти в любой момент, однако откладывал встречу до последнего. Я знал, что могу услышать: что я гад и мерзавец, что недостоин прощения. И все это будет правдой. Но приближалось время праздника Перехода Года, и я сказал себе, что нужно решаться. Новый год, новая жизнь.