Я устроилась на подоконнике своей комнаты и ждала Ниса: он ушел в город, чтобы купить мне платье. Нис уверял меня, что так хорошо изучил мой рост и фигуру, что без труда подберет подходящий наряд.

Тут в дверь постучали. На пороге стоял гном-посыльный.

– К вам посетитель, – сообщил он. – Главный корпус. Комната для встреч.

Развернулся, чтобы уйти.

– Посетитель? – крикнула я вдогонку. – Это какая-то ошибка!

Я подумала было о тетке, но тут же отмела эту мысль: дорогая тетушка посетила бы меня разве что на кладбище, да и то только чтобы плюнуть на мою могилу.

К тому же пройти за ворота академии может лишь маг.

– Никакой ошибки: спрашивают вас.

– Да кто же? Как его зовут?

– Господин Ви’Рем. Барон Ви’Рем.

Я ничего не поняла, но стала собираться на встречу. Может быть, это помощник господина Тинера и у него есть для меня новости?

– Передай Нису, чтобы тоже приходил в гостевую комнату, – попросила я Руби, которая сидела на подушке и красила крошечные ноготки.

– Если я гнома, это еще не значит, что я подрабатываю посыльным, – проворчала Руби.

Но она всегда ворчит. Я не сомневалась, что передаст.

Я собрала волосы в хвост и набросила накидку поверх простого домашнего платья: идти недалеко, нет смысла наряжаться.

Гостевую комнату для встреч студентов со своими родными постарались сделать уютной. Вдоль стен стояли мягкие диванчики и столики с лампами, свет приглушенный, на полу ковры. Правда, прийти сюда могли только маги, но обычно у каждого студента в роду был маг. А если же нет – то с такими родичами приходилось встречаться в городе, в кофейне.

Гость уже ожидал меня. Он был один, так что ошибиться невозможно.

Незнакомец стоял спиной, разглядывая картину, но услышав шаги, обернулся.

На меня смотрел еще не старый, но уже и не молодой мужчина. Он был довольно высокий, худощавый и стройный. В волосах, когда-то черных как уголь, проглядывали ниточки седины. В уголках губ залегла строгая складка. На лице сияли яркие синие глаза – глаза мага, как их называют. Силы в нем было полно.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, все еще недоумевая, что нужно от меня этому человеку.

– Здравствуй, дочь, – ответил он.

Я попятилась, больше всего опасаясь, что этот незнакомый, чужой человек раскроет объятия и улыбнется как ни в чем не бывало.

Или скажет какую-то слащавую банальность вроде «Как давно я тебя искал, моя дорогая дочурка!»"

"Но мужчина не сделал ни того, ни другого. Он продолжал стоять на месте и смотреть на меня. И взгляд был странный – оценивающий, немного удивленный, и мне даже померещилось, что на его лице мелькнула гордость за свое творение.

И я тоже молчала. Я будто заледенела внутри – ни мыслей, ни чувств.