– А ничего не треснет? Давай работай!"

"Домой Настя возвращалась в расстроенных чувствах, но с туманной улыбкой на губах. Ее коробило, что в школе Марк был размазней и лузером. Может, он и изменился с тех пор в лучшую сторону, но вряд ли намного. Научился изображать из себя крутого парня, но в душе так и остался бесхребетным рохлей.

А Вася ничего. Имя, правда, дурацкое, и социальный статус на уровне плинтуса, но ведь и Марк такой же. Неужели папа был прав, когда говорил, что замужем за ним Настя может увлечься кем-нибудь и сбежать с ним на острова? Вася, может, и не красавец, но с ним на острова она бы съездила. Может быть... Кстати, неплохая идея. Учебы все равно никакой здесь нет, а поскольку ей угрожает опасность, неплохо было бы полететь в теплые страны. Крутить любовь с Васей она не будет, но его можно взять с собой в качестве личного телохранителя. Ну и Марка можно прихватить. Если будет желание.

Глава четвертая

1

Два красавца лебедя, нежно соприкасаясь клювами, как два изваяния застыли на гладкой воде. Любовная идиллия, достойная кисти великого художника.

Кирилл Дмитриевич с удивлением смотрел на этих гордых, свободолюбивых птиц. Любовь любовью, но кто позволил им плавать в его бассейне? Откуда они взялись? И почему выбрали водоем во дворе его дома?

– Это хороший знак, – тихонько сказала Инга.

Он смотрел в окно спальни, а она стояла сзади, упругой и теплой после сна грудью прижимаясь к его спине.

– Ты не должен их прогонять.

– А если они здесь поселятся?

– Это вряд ли. Передохнут и дальше полетят. А если останутся, то счастье из нашего дома никогда не уйдет.

– Ты что-то путаешь. Счастье аисты приносят, – с ироничной улыбкой заметил он.

– Аисты детей приносят. И наш аист уже прилетел. Через шесть месяцев назад полетит.

Кирилл Дмитриевич не видел Ингу, но почувствовал, что она поглаживает свой животик.

– А может, эти лебеди к Насте прилетели? – поморщился он.

На днях к Инге на дом приедет ее врач, надо будет, чтобы он осмотрел и дочь. Вдруг она в положении?

Тогда он точно убьет Марка, не дожидаясь, когда Настя сама откажется от него.

– Думаешь, она беременна?

– Тьфу-тьфу.

– А если все-таки?

– Сделает аборт.

– Хочешь совсем без внуков остаться?

– Ты мне детей нарожаешь.

– Настя тебя не простит, если ты ее не отговоришь.

– От чего?

– Мне кажется, она сама захочет избавиться от ребенка. Мы вчера с ней говорили. Она уже сомневается в том, что ей нужен Марк.

– Отлично. А мы еще прибавим огоньку, – самодовольно улыбнулся Каховцев. – Кстати, вот и огонек.

Кирилл Дмитриевич увидел свою дочь. Настя подошла к бассейну с радостной, по-детски наивной улыбкой и поманила лебедей. За ней к воде подошел «огонек», Бугарь.