В минуты волнений он ничем не отличался от всех прочих физических объектов, оказывающихся на пути света.

— Френсис молодец, — поспешила я согласиться.

Мои спутники постоянно намекали, что мне не хватало азарта.

— Я про герцога. Так филигранно проиграть. Никто не заметит, не подкопается. Это карается штрафом и недопуском, если подобным образом попытаться повлиять на исход соревнований.

Досадливо махнула рукой. Скачки — это не мое. Впрочем, все сложилось как нельзя лучше. Заезд подошел к концу, и только один победитель проходил дальше. Это значило, что Конвей вернется к нам и продолжит болеть за сына уже с трибуны.

За два года юный лорд стал куда спокойнее и увереннее в себе. Он все так же обожал состязаться. Учился пока дома. Посещал лекции и практикумы в нескольких учебных заведениях. Мальчику претила муштра закрытых школ.

Иногда я волновалась, как на нем скажется рождение сестрички, однако Выш не уставал успокаивать — мол, как удачно, девочку старший брат возьмет под опеку и не будет переживать, что она займет его место в семье.

— Сейчас девочка. Потом желательно тоже девочку. Третьего — можно и мальчонку. Лорд Френсис к тому времени перерастет полудетские комплексы и бросится опекать брата так же яро, как сестер.

Я приложила руку к животу. Френсис уже интересовался малышкой. Иногда просил послушать, как она там, и возмущался, что рождения придется ждать еще два года.

Приступы шкодливости находили на него редко — и теперь касались сверстников и взрослых рогатых демонов, на которых косо смотрел его отец.

Я замерла. По ступенькам между рядами поднимался Эллиот. Он кивал кому-то, иногда махал или приветствовал голосом. И все равно он даже затылком ловил мой взгляд. В какую сторону бы ни смотрел, герцог безошибочно знал, где я. В толпе, пустыне или в разных концах собственного дома мы были друг для друга как два маяка."

"Тихое ликование сменилось раздражением, когда я заметила демоницу, которая чуть не вывалилась в нашу ложу в попытке привлечь внимание моего мужа. Впрочем, мне никогда не приходилось вмешиваться.

Эллиот во всех подобных случаях реагировал стопроцентным игнором. Тем самым, из-за которого суккубы считали его холодным. А вот демоны, — многим из них до сих пор не давала покоя загадка, что же нашел во мне первый красавец Бездны, — получали от него совсем другой прием. Испепеляющее пламя.

Правда, до смертельных исходов не доходило. На мне так и стояла его защита, а перстни он не позволял снимать даже на ночь.

— Это и есть твоя магия, Джейн. Ты передвигаешь предметы — ой, аккуратнее! — разжигаешь огонь и варишь вкуснейший борщ. Что? Последнее не магия? В любом случае, пока ты осваиваешь бытовые навыки, пусть кольца побудут на тебе.