А проверки? Что толку от них, когда все девочки запуганы до полусмерти и твердят заученные фразы?

- Может быть, я повредилась рассудком, - осторожно отзываюсь, делая ещё один глоток чая, - но как мы могли поддакивать, если он такой жестокий? Нас же девя… десять, а он один.

Кристэль сжимает губы в тонкую линию:

- Держит вас в железном кулаке, каждый шаг - только с его позволения. Всё твердит про воспитание идеальных жён, а сам... - она содрогается. - Продаёт вас тем, кто больше заплатит. И что с ними потом происходит... Ни одна из четырёх даже весточки не прислала! А вас ещё десять.

""Возможно, они просто счастливы, что вырвались и не хотят вспоминать этот кошмар"", - мелькает мысль, но я молчу.

- Четырежды вдовец, - продолжает Кристэль. - А Хлою, с которой живёт без обряда в храме, заставляет называть мамой. Хотя она такая же бессердечная, ему под стать!

Меня пробирает холодный ужас.

Четырежды вдовец?

И каждый раз новая жена?

Что-то здесь очень, очень неладно.

- Кристэль, пожалуйста, помогите мне бежать! - умоляю, глотая слёзы отчаяния. - Я всё сделаю, чтобы отблагодарить, только спасите меня!

- Конечно помогу, милая, - в её взгляде мелькает что-то странное. - Но мне нужно кое-что взамен.

Договорить она не успевает: снаружи раздаётся грохот тяжёлых шагов, затем топот на крыльце. Дверь сотрясается от яростных ударов.

- Открывай, старая ведьма! - ревёт Вольф, и от его голоса у меня внутри всё обрывается. - Я знаю, что эта дрянь у тебя!

Глава 4

Съеденный бутерброд отчаянно рвётся наружу, пока дверь содрогается под яростными ударами. А дверь сотрясается так, будто Вольф пытается выбить её тараном.

- Не бойся, девочка, - в отличие от меня Кристэль полна решимости. Хватает меня за руку и тянет к старому дубовому шкафу в углу гостиной. - Сиди тихо! На порог его не пущу, но если выдашь себя - я бессильна.

- Буду нема как рыба, - шепчу еле слышно и с усилием впихиваюсь в маленькое пространство, завешенное одеждой, среди которой выделяется новенький военный мундир с начищенными до блеска пуговицами и золотистыми погонами на плечах.

Кристэль запирает меня снаружи, и я делаю осторожный вдох, боясь чихнуть. Но в спёртом воздухе не чувствуется пыли. Лишь запах каких-то пряных трав, наверное от моли.

- Кристэль, твою... - гремит за дверью отборная ругань мистера Дезмонда. Я прилипаю к щели между створками и едва сдерживаю изумлённый возглас: женщина небрежным взмахом руки заставляет исчезнуть весь чайный сервиз!

Сердце колотится так, что, кажется, его стук слышен даже через толстое дерево, и мне приходится закрыть глаза, медленно считая до десяти.

На цифре “семь” я слышу звук сдвигаемой в сторону задвижки и снова всматриваюсь в тонкую щёлку.