Дерзкой девчонки из другого мира, которая смеет не соглашаться, постоянно спорит и целуется неловко, но так, что сносит крышу.

“Вот ты и признался сам себе, что влюбился в Анну. Хоть сейчас не отрицай” - вздыхает зверь.

Не буду.

Какая ирония. Лишь на пороге смерти я способен быть честным с самим собой. Горькая усмешка пытается изогнуть непослушные губы, но тело слишком тяжёлое, слишком холодное и неповоротливое.

Всю жизнь я искал то, что не даст мне скучать, что зажжёт искру интереса в давно потухших глазах. Богатство - не только счастье, но и скрытое проклятье. Все те многочисленные женщины в моей постели – безропотные, послушные куклы, готовые на всё, лишь бы ублажить меня и исполнить все мои желания. Жалкие попытки заглушить истинную жажду.

А мне нужна была непокорность. Я хотел завоёвывать и добиваться. Подсознательно искал ту, что достаточно сильна, чтобы выдержать мои острые углы и не сломаться. Достаточно смелую, чтобы возразить, когда я неправ.

Всю жизнь я искал её.

Анну.

Демоны, её имя даже в мыслях звучит иначе – как заклинание, как обещание чего-то настоящего. Дикарка из другого мира, смотрящая без страха в мои глаза .

С каждым вздохом уходящей жизни её образ становится ярче: упрямо сжатые губы, решительный взгляд, и те редкие мгновения, когда она улыбается по-настоящему, без фальши.

Отчаянно пытаюсь заставить пальцы двигаться. Холодный пот выступает на лбу от напряжения. Одна-единственная мысль огнём выжигает сознание – они не оставят в покое Анну. Иначе зачем принцессе отправлять вестника в Милфорд?

Если я умру, они и от неё избавятся. Если не придумают что-нибудь хуже. Дезмонд не упустит шанса сбагрить дочку кому-нибудь побогаче.

Зверь внутри чувствует мою решимость и отзывается хриплым рыком, невыносимо медленно пробуждаясь от оцепенения.

При мысли о том, что кто-то другой коснётся моей Анны, сердце начинает биться чаще – слабо, но с нарастающим упрямством.

Тот же огонь, что сжигает меня изнутри при одной мысли об Анне, теперь даёт силы бороться с ядом.

В уголках глаз собирается влага. Не от боли – от осознания собственной слепоты. Сколько времени я потерял, гоняясь за призраками, когда единственное, что мне действительно нужно – это она?

Непокорная иномиряночка. Но такая настоящая.

Пальцы левой руки едва заметно дёргаются – первый признак того, что тело снова пытается подчиниться разуму.

‌‌​​‌​‌‌Но времени слишком мало.

Час.

Всего час, прежде чем сердце сдастся.

Секунда... Другая... На губах появляется призрак усмешки. Вилмена просчиталась.

Есть лишь один способ выжить. Убрать яд из тела раз и навсегда.

Но цена слишком высока.

​Глава 65

Кое-как поднимаюсь на ноги, стискивая зубы так, что они едва не трещат. Каждая мышца горит, будто в неё впрыскивают кислоту.