— У тебя большой опыт растягивания женских частей с помощью этой штуки?

Мой улыбка погасла.

— Честно говоря, я даже не помню, когда делал это в последний раз.

Она смотрела на меня, пока я пытался избежать ее темного взгляда, но он словно магнит притягивал меня.

— Скажем так, ты не единственная, кто прямо сейчас испытывает что-то новое.

Наши взгляды встретились, и я мог бы на всю оставшуюся жизнь потеряться в ее глазах. Она не подвергла сомнению мое признание. Ева вообще ничего не сказала. Она выгнула бедра, и из нее вырвался тихий вздох. Ее киска обхватила меня точно так же, как раньше, но на этот раз она впустила мой член глубже, на всю длину.

— Вот и все, милая. Прими меня полностью, — пробормотал я и плавным движением вышел из нее, а затем снова вошел.

Она застонала, и я накрыл ее рот ладонью.

— Тихо, помнишь?

Это было невероятное ощущение — скользить в ее девственную киску. Находясь внутри нее, я чувствовал себя как заново рожденным."

"Я методично трахал её, ожидая, когда она кончит в моих объятиях от неумолимого ритма моего члена и движений пальцев по клитору. Может ли девственница вообще кончить в первый раз? Было ли ей слишком больно, чтобы кончать? Я получил ответ на свой вопрос, когда она громко застонала в мою руку, и все ее естество сжалось, едва не вытолкнув мой член наружу. Она обхватила меня так чертовски крепко, и дикое выражение в ее глазах отправило меня за грань. Она все еще пульсировала вокруг меня, когда я тоже кончил, не в силах сопротивляться ощущению ее влажного жара вокруг меня. Сперма хлынула, струя за струей, заполняя ее, пока влага не растеклась по всей моей длине, но я продолжал двигаться крошечными толчками, растягивая ее удовольствие. Мой лоб прижался к её лбу, и когда Ева перестала стонать, я убрал пальцы с ее рта. Она посмотрела на меня, не мигая, а затем отвела взгляд.

Вкрался рассудок.

Твою ж мать. Я только что трахнул сестру Ашера, девушку, которая меня подставила. Теперь, когда эйфория прошла и мой член, наконец, успокоился, после нескольких часов мучительного стояка, пришло осознание. Я осторожно вышел из нее и отступил назад, натягивая боксеры и штаны обратно. Ева наклонилась, подняла свои шорты и трусики. Она быстро влезла в них, но все, о чем я мог думать, это о струйке спермы, стекающей по внутренней стороне ее бедра. Мы не предохранялись. Это был худший кошмар моего отца. Может быть, Ева забеременеет, и я в конечном итоге получу жену не из нашего круга, как всегда боялся Сорен. Мне не претила эта идея. Это было бы именно то, чего заслуживал мой отец.

Я прислонился к стене и сделал глубокий, успокаивающий вдох. Впервые с тех пор, как начался мой кошмар с чисткой организма, я чувствовал умиротворение. Ева провела руками по своим шортам и тоже глубоко вздохнула.