Мир переворачивался у нее перед глазами, раскалывался и вновь собирался…

– Но Чума-дель-Торт говорила, что меня предаст тот, кого я полюблю. Вот я и…

– ЧУМА? Так вот кто для тебя авторитет? Ты что, теперь всегда будешь слушать эту мертвую старуху? Думаешь, она тебе добра желает? Ишь ты, советницу себе нашла – Чума-дель-Торт!.. Всегда с Чумихой советуйся, она тебе худого не скажет!.. Эй, стой, куда?

Таня уже ее не слушала. Сунув контрабас Ягуну, она мчалась за Ванькой. Она бежала быстро, так быстро, что ветер свистел у нее в ушах, как во время драконбольного матча.

Гурий Пуппер уронил метлу и осел на снег. Губы у него прыгали. К нему, утешая, бросились тренер, Прун с Гореанной и несколько магнетизеров. Фэны нестройными возгласами выражали свое сочувствие. Некоторые даже предлагали свернуть наглой Таньке шею.

– Эта девчонка со своей паршивой родинкой тебя не стоит! – шипели они.

– У нее нет родинки, – убито сказал Гурий.

– Все равно она гадина! Не переживай так, Гурий! Мы тебе другую найдем! Да у тебя жен будет, как у турецкого султана! – восклицали магнетизеры, быстро вертя у Пуппера перед глазами стеклянными шариками. Но Гурий был безутешен.

– О Таня, любовь моя! – кричал он, лягая тренера и вышибая у магнетизеров шары. – Неужели тетя, которая снится магвокатам, была права и ты никогда не будешь моей? Я всегда буду любить тебя, Таня!.. Я завоюю твою любовь, клянусь тетей Настурцией!"