Никто из домашних не способен уничтожить человека, да и не было у нас конфликтов со Звонаревой, никаких и никогда, значит, яд, особый, хитрый, попал в ее организм до визита к нам…

– Нет, отрава действует быстро, просто мгновенно, и в большинстве случаев, в особенности, если умерший является человеком пожилым, его кончина считается естественной, вскрытие не делают, да… не делают, – размеренно сообщил Шнеер.

– Вы с ума сошли! – подскочила я. – В доме находились лишь свои, потом пришел Костя, если Звонарев не убийца…

– Сто процентов не он.

– Тогда преступник кто-то из наших?! Это невероятно. Быстро говорите все!!!

Шнеер сцепил пальцы в замок.

– Я немного изучил ваш характер и понимаю, что должен полностью ввести вас в курс дела, иначе не понесете улики следователю.

– Точно. Не понесу. Вначале хочу точно знать, что случилось, из-за кого или из-за чего.

– Вы ведь дружили с Эммой Дамкиной? – неожиданно спросил Николай.

Я растерялась.

– Да, но при чем тут она? Эмма давным-давно живет в Америке, мы потеряли друг друга из вида.

– Эмма теперь жена очень богатого человека, Лиса Рифенваля, живет счастливо.

– Это здорово.

– Так вот, сообщу вам то, что вы столь желаете узнать в обмен на информацию об Эмме. Что случилось очень давно, когда вы с ней ездили отдыхать на море?

Мои щеки охватило жаром. Откуда милый дедушка мог узнать об этом случае? В августе бог знает какого года, будучи студентками, мы поехали в Крым. Я, тощая девица, не имела успеха у местных парней, а высокая блондинка Эмма, счастливая обладательница бюста пятого размера, шла по улицам курортного городка, сопровождаемая возгласами: «Красавица, постой».

Эмме очень нравилось внимание кавалеров, и, несмотря на мои предостережения, она отправилась с одним из парней на романтическое свидание.

Около часа ночи перепуганная насмерть Эмма влетела в комнату и забилась в истерическом припадке. Еле-еле я выдавила из нее связный рассказ о произошедшем. Кавалер отвел даму в горы, и сначала они мирно любовались закатом, но потом парень буквально налетел на девушку, сорвал с нее платье и изнасиловал. Когда мерзавец начал надевать брюки, зареванная Эмма что есть силы пнула его под колени. Насильник упал и скатился в пропасть, а Эмма убежала.

– Я убила его, – кричала она, – давай уедем.

Но у меня в момент опасности мозг начинает работать с утроенной силой.

– Нет, – ответила я, – мы заплатили до понедельника, и будет странно, если внезапно сорвемся с места, сидим тихо, если станут спрашивать, я отвечу: «Эмма перекупалась и никуда не ходила, я нахожусь с ней безвылазно».

Подруга и впрямь свалилась в кровать с температурой, хозяйка, цокая языком, заварила ей какие-то коренья.