Ресторан не только снаружи, но и внутри выглядел весьма и весьма респектабельно: выложенный кремового цвета плиткой пол натерт до блеска; огромные панорамные окна занимают две стены первого этажа. Возле отсвечивающих голубым светом стекол были установлены светло — коричневые столики на шестерых. По обеим сторонам от каждого стола манили присесть мягкие салатового цвета диванчики. Скорее всего, эти места рассчитаны на те компании, что любят есть, беседовать и поглядывать на прохожих. Чуть дальше от окон, ближе к широкой лестнице, ведущей на второй этаж, разместилось несколько квадратных столов с тремя легкими полукруглыми креслами темно — серого цвета.

Посетителей было не так уж и мало, но все какие — то… разношерстные, что ли. За ближайшим от входа шестиместным столиком сидели трое юношей и две девушки. По их скучающим лицам и демонстративно ленивым движениям мгновенно становилось понятно — дворяне. Через столик от них разместилась взрослая пара: скорее всего, простолюдины среднего достатка. Чуть подальше — одинокий хорошо одетый мужчина.

Разглядывая посетителей, я отметала пары, группы и, конечно же, мужчин — одиночек. Меня ожидала девушка. Она должна быть одна.

Отойдя подальше от входа, я услышала нежную мелодию. Мазнув взглядом по маленькой круглой сцене, задержала взор на скрипаче. Прикрыв глаза, он играл с наслаждением. Рассматривая музыканта, внезапно почувствовала чей — то пристальный взгляд. Повернув голову, увидела столик, стоящий в самом укромном уголке, в нише под лестницей. За ним сидела очень красивая азиатка и неотрывно смотрела прямо на меня.

— Вы Минами? — подойдя к девушке, спокойно поинтересовалась я.

— Садитесь, Софья, — хладнокровно отозвалась та. — Шубку можете повесить на плечики, — она качнула головой в сторону неприметной вешалки, стоящей у самой стеночки, рядом со столиком.

— Благодарю, — отозвалась холодно. — Я не планирую надолго задерживаться.

Сев на довольно удобное кресло, внимательно посмотрела на девушку и вопросительно изогнула бровь.

— Представители моего народа предпочитают все самые важные разговоры вести за чашкой хорошего чая."

"С невозмутимым выражением на лице она взяла стоящий в центре стола пузатый фарфоровый чайник и разлила напиток в две изящных чашечки. Подвинув одну мне, медленно подняла свою и отпила из нее.

Взяв предложенную кружечку, я сделала малюсенький глоток.

Пуэр. Этот сорт чая я просто терпеть не могла. Раздражал и его запах, напоминающий ношенные мужские носки вперемешку с землей, и горьковатый вкус.

— Вам не нравится пуэр? А мне он кажется восхитительным. Многие считают его эталоном чая, — с неподдельным сожалением произнесла Минами.

— Скажем, я не являюсь его фанатом, — сообщила спокойно. — Я вас слушаю.