Может, коридоры и широкие, но когда на тебя надвигается почти девяносто килограмм почти голого тела, восприятие смещается. И хочется раствориться в стене, вжаться в неё, стать тонюсенькой. Как мышка. Они же умеют вытягиваться так, что просачиваются в любую щель.

Я бы просочилась в дверную. Честное слово.

Стоило Илье Николаевичу приблизиться ко мне, точнее, к двери, как я машинально втянула в себя живот. Он спортом занимался, от него должно пахнуть потом! Таким ядрёным, мужицким. Отталкивающим.

Ничего подобного.

Запах был. Но, скорее, терпкий и какой-то приятный.

Я нахмурилась, поджала губы.

Надо просто не дышать. И не думать. Не вспоминать. На плечи тоже не смотреть…

В памяти всплыла картинка, как они располагались между моими коленями.

Дверь распахнули, и я ломанулась вперёд, точно за мной черти гнались.

— Всего доброго, Илья Николаевич.

Благодарить в сто пятый раз было глупо. Я уже достаточно сказала «спасибо».

Не помнила, как спустилась вниз. Второй этаж, лифт не нужен… Вылетев на улицу, хотела по инерции нацепить шапку. А там след от мужского ботинка…

Не только шапка грязной была. Я тоже. Слёзы навернулись на глаза.

Всхлипнув, закинула голову кверху и посмотрела на ещё тёмное небо.

Жизнь продолжается. Ничего крамольного не произошло.

Почти…

Я живая. Здоровая. Саша тоже почти не пострадал от действий хулиганов.

Остальное… Забывается. Правда же?

Переступив порог родного дома, я почти не удивилась, что в гостиной горел свет, а навстречу мне вышел мой единственный родной человек.

— Бабушка, прости меня, пожалуйста! — я сложила руки в молитвенном жесте и состроила самую что ни на есть умильную мордашку.

Ба никогда не могла долго на меня сердиться.

И сейчас, кстати, не особо расстроенной выглядела. Может, что-то меняется в нашем доме, а я не замечаю?

— Телефон разрядился? — спросила она буднично.

— Угу, — подтвердила я, радуясь, что других уточняющих вопросов не последовало.

На радостях понеслась в ванную. Мне надо привести себя в порядок. Срочно! И не опоздать в школу, ни в коем случае.

А об остальном… Я подумаю потом. Честно.

— Надеюсь, хотя бы с мужчиной ночь провела, — прозвучало за спиной.

— Ба! — возмутилась я.

Почти по-настоящему. И поспешно скрылась в ванной, чтобы бабушка не видела мои полыхнувшие щёки.

Глава 8

Иногда люди даже не подозревают, что таская с собой паспорт, могут знатно себя подставить.

МарьИванна таскала. Точнее, носила. Так будет правильнее. Илья не поленился, посмотрел её данные. Даже сфоткал. Ну а что, если уж пошла такая круговерть…

Хотя опять-таки слово «пьянка» будет уместнее. Потому что он себя чувствовал как раз пьяным от тех диких эмоций, что накатывали на него с завидной регулярностью. Этак через каждые минут пятнадцать-двадцать.