Учтивый, некурящий, непьющий, весь из себя интеллигент, да и собой хоть куда. Полагаю, у Клавдии Ильиничны воспылали чувства. Было у них что-то или нет, неизвестно, но она точно не отказала бы ему. Отсюда такая реакция. Пришла с работы, помылась, переоделась. Слышала, как за стенкой бубнили голоса, мужчины разговаривали. Один был сосед, другой – неизвестно. Слов она не разбирала, ушла в санузел, а когда вернулась в комнату, голосов уже не было. Клавдия Ильинична высунулась из квартиры, обнаружила, что у соседа открыта дверь. Убийца ее, конечно, затворил, уходя, но у двери есть такое свойство.

Она приоткрывается, если не запираешь ее. Дерево усохло, натяга нет. Клавдия Ильинична постучала. Дескать, Денис, у вас дверь открыта. Из квартиры ни звука. Тогда она вошла…

– Дальше понятно, – сказал Иван. – Может, это она его?.. Ты уверен в том, что эта тетка не разыгрывает спектакль?

– Это слишком, товарищ капитан. – Лейтенант решительно помотал вихрами. – Тогда это никакая не закройщица, а гениальная актриса, которой на больших сценах надо играть. Да еще и силы в ней немерено.

– Согласен, версия бледная. Убил Примакова мужчина, входящий в ту же шпионскую сеть и оказавшийся невидимкой.

– Не верю, товарищ капитан, – возразил Еременко. – Невидимых людей не бывает. Нужно опросить детей, игравших на площадке, мужика с «эмкой», баб, болтавших на балконах. Просто ходить по квартирам и трясти народ, пока не добудем что-то полезное.

– Вот вы втроем и займитесь этим. Дождитесь приезда милиции, опросите жильцов. Вдруг и всплывет что-то стоящее. При отрицательном результате в отдел можете не возвращаться. – Иван посмотрел на часы. – Пока закончите, ночь будет.

Утром доложите.

– А вы куда, товарищ капитан? – поинтересовался Луговой.

– На голгофу, – со вздохом ответил Осокин.

Глава 5

– Результаты, капитан, прямо скажем, скромные, – проговорил подполковник Редников, выслушав доклад Осокина. – Три человека убиты холодным оружием. Что за страсть у них такая?

– Пуля не торопится, товарищ подполковник. Пока еще долетит.

– А ты, стало быть, остришь. – Редников нахмурился. – Вместо того чтобы посыпать голову пеплом, искать пути решения непростой задачи.

– Виноват, товарищ подполковник.

– Ты не просто виноват, но еще и плохо работаешь, – заявил подполковник, вскочил, стал вышагивать по скрипучим половицам.

– Итак, мы имеем три трупа и ни одной зацепки. Ты умело свел их к нулю. Противник нас переигрывает и, можно сказать, потешается над нашими неумелыми действиями.

– Еще не вечер, товарищ подполковник. На месте работают мои сотрудники, возможно, что-то накопают.

– Вечер, капитан, вечер. – Редников бросил взгляд на настенные часы. – Причем поздний. Интуиция мне подсказывает, что утро не станет мудренее.