Сейчас этот мужчина кажется мне единственной точкой опоры. Мои ориентиры сбиты. Не понимаю, как жить в жестоком мире.

— Все, это моя вина, — шепчет мне на ухо, крепко прижимая к себе. — Не знал, что ты у меня такая ранимая.

— Нет, — поднимаю голову, заглядывая в его черные глаза. — Я должна была это знать.

— Должна, — кивает мне и утирает слезы с моих щек. Оглядываюсь и понимаю, что убийцу увели, а я даже не заметила. Остался только Денис. Он сидит за столом, закрывая лицо руками.

Вырываюсь из теплых и надёжных объятий Баро и сажусь рядом с Денисом, обнимая его. Брат несколько секунд не реагирует.

Напряжённый, как каменная стена, а я дрожу, не в силах взять себя в руки. Денис отмирает и тоже обнимает. Слышу шаги Баро, он покидает кабинет. А мы так и сидим, обнявшись и не сказав ни слова. Денис поглаживает меня по спине, и я снова плачу, уже заливая слезами его грудью.

— Все, Ася, мы переживём и это, — твёрдо произносил брат. И я ему верю. Успокаиваюсь, чувствуя себя полностью опустошенной. Ложусь головой на плечо брата и смотрю в окно. — Все закончилось. Баро все решил, нам не грозит опасность.

Киваю. Опасность все равно есть.

Я влюбилась в Барона, и это понимание топит меня еще глубже. Нет, не эйфория и радость. Это давящее и ломающее чувство. Нельзя принимать мужчину таким, какой он есть, из благодарности. Такому, как Барон, нужно безоговорочно сдаваться."

"Дверь открывается, входит Баро, а за ним секретарша с подносом. Глаза испуганные, девушка смотрит на меня с какой-то надеждой, но мне все равно, я пустая сейчас и не способна на эмпатию. Алла ставит поднос с чаем на стол и быстро удаляется. Баро приоткрывает окно, впуская свежий воздух. Прикуривает сигарету, выпуская дым окно.

— Итак, есть два исхода, — немного хрипло и устало произносит он. — Первый – в рамках закона. Мы передаем вашего опекуна правоохранительным органам с доказательствами его причастности к двойному убийству, попыткам убийств и мошенничества. И его посадят, надолго. Скорее всего, в силу возраста, он уже не выйдет оттуда. Либо… — замолкает, глубоко затягиваясь, медленно выпуская дым. — Либо я наказываю его сам, без суда и следствия. Быстро и без следов.

— Каким образом? — спрашиваю я, эмоций нет, просто хочу знать.

Баро оборачиваются, снова затягивается, заглядывая мне в глаза, оскаливается, как зверь.

— Точно так же, как он убил ваших родителей. Сожгу живьём.

Сглатываю. Жутко до холодного пота. Закрываю глаза, не выдерживая его нечеловеческого взгляда. Он, и правда, страшный человек. Я хочу мести. Но… Я так не могу. Несмотря ни на что, я остаюсь человеком. Так пусть все будет по справедливости.

— Я выбираю тюрьму.

— Денис? — Баро обращается к брату.

— Да, тоже за тюрьму, — с каким-то сожалением произносит он.

— Гуманно.