Теноры были кумирами целого поколения девушек!.. Девушки караулили теноров у театральных подъездов и у дверей квартир, забрасывали их букетами, падали в обморок, если тенор случайно взглядывал на одну из них, и визжали на премьерах. Куда там нынешним кумирам, которые все на популярность жалуются, говорила бабушка, усмехаясь. В наше время тенор по улице не мог пройти, его или на руках несли, или обращали в бегство! Бывало, тенор от поклонниц в милицейский «стакан» заскакивал и запирался в нем – были такие стеклянные милицейские будки на высоком основании, их «стаканами» называли!

Почему-то артист Роман Земсков представлялся Феде именно таким тенором.

Вот он несется по улице Рождественской, а за ним следом летит целая толпа восторженных девиц!.. Значит, любовь ни при чем – Ляля не пыталась убить тенора за то, что он ее бросил, ее саму пытались убить неизвестно за что. Деньги? Какие у Ляли могут быть деньги?..

– Деньги, – вслух произнес Федя Величковский, спохватился и посмотрел на спящего шефа. Тот даже не пошевелился. – Деньги!..

Секундочку. Секундочку. Будем рассуждать логически.

Самое главное, пройти путь от финала к началу и нигде не сбиться."

"…А что, если деньги из директорского сейфа взяла действительно Ляля?! Почему мы не рассматриваем такую возможность? Потому что Ляля Вершинина нам нравится и мы ей сочувствуем? Мы не должны никому сочувствовать, мы должны пройти путь от финала к началу, и станет ясно, кто совершил преступление. Допустим, Ляля взяла деньги и спрятала ключи у себя в кабинете – да, не слишком умно, но так бывает. Даже закоренелые преступники делают глупости, Ляля же преступник не закоренелый, а начинающий!.

. Она взяла деньги, и тот, другой человек об этом знал. И решил забрать их себе. Для этого ему было нужно – всего ничего! – убить Лялю, и он попытался это сделать.

Так могло быть?..

– Вполне, – сам себе ответил Федя. – Вполне!..

Он повесил на шею бинокль, прихватил журнал «Элитная недвижимость», вышел в коридор и аккуратно захлопнул за собой дверь.

Он топтался возле универа довольно долго и замерз как собака. Снег перестал валить, и сразу сильно похолодало.

Федя хотел было зайти в вестибюль, но его не пустили – потребовали пропуск или студенческий билет. Тогда он решил засесть в кафе напротив – если устроиться у окна, отлично видно вход, – но кафе оказалось закрыто. Как это так, среди бела дня кафе не работает! И даже никакого объявления нет!.. Из соседнего кафе входа не видно, но там Федя наскоро выпил чаю. Чай был невкусный и слабый – отец такой называл «Кронштадт видно»! – зато горячий, и Федя смог продержаться на улице еще какое-то время.