– А где Юриваныч?

Федя вздрогнул, как застигнутый на месте преступления, и оглянулся. Секретарша в пуховой кофте, от вида которой его неудержимо тянуло чихать, взирала на него с изумлением.

– Он… вышел, – доложил Федя. – Вскоре вернется. А я вот… дверь подпираю, ее сквозняком того… захлобучило.

Секретарша пожала плечами, заглянула в пустой кабинет, Федя в это время уселся на стул в приемной и независимо положил ногу на ногу. Немного посидел и все же чихнул.

– Будьте здоровы, – величественно сказала секретарша.

Вернулись директор с Озеровым. Максим равнодушно скользнул взглядом по Фединым карманам и отвернулся.

– Ох, Максим Викторович, родимый вы мой, спектакль надо записать, надо, надо!.. Только вот про фойе вы что-то неправильное придумали. В репзале лучше, вы уж мне поверьте.

– Да я верю, верю.

– Господи, как подумаю, что нас всех ждет – так ведь и не установлено, кто Виталия убил и зачем!.. И у Ляли такое страшное случилось, как понять, не знаю. Все, все развалилось.

– Еще не все развалилось, Юрий Иванович. Может, еще поправить можно. – И тут вдруг Озерова осенило: – А вы сами спектакли записываете? Ну, на веб-камеру?

– Конечно, как же иначе? Всякий раз. Только не храним, конечно, мы же так, для внутреннего пользования.

– А мне и не нужно давние. Мне как раз за последний месяц.

– За месяц не скажу, а недели за две точно в компьютере есть. А что такое, родимый? Зачем вам?

Озеров походил по кабинету.

…Может, ничего и не выйдет. Даже скорее всего ничего не выйдет, да и времени займет уйму! Но попробовать стоит.

Максим на ходу придумал, что хочет посмотреть артистов, занятых в «Дуэли» – он в работе-то их почти и не видел! – и велел Феде притащить из машины ноутбук.

– Мы файлы на мой компьютер сбросим, и я посмотрю вон хоть в этом репзале. Или в фойе! Я вам мешать не буду, Юрий Иванович.

– Да я только и мечтаю, чтоб мне кто-нибудь помешал! Сижу тут и думаю все одно и то же! С ума скоро сойду.

Федя принес ноутбук, и они перегнали записи. Выбор Озерова был странным – он скачал «Гамлета, принца Датского», «Тартюфа», «Гранатовый браслет», «Отцы и дети» и «Дядю Ваню», а современные постановки все отверг.

Юрий Иванович вручил им ключ от репетиционного зала, и они вышли.

– На что вам записи, шеф?

– А ты не догадываешься?

– Решительно нет!..

Озеров развеселился.

– Ты же детективщик, у тебя теории. Примени теорию!

Федя почесался, как обезьяна.

– Вы хотите посмотреть, кто из артистов отдает всю душу любимому делу.

– Мимо.

– Вы хотите узнать, насколько у них хорош классический репертуар.

– Совсем не туда.

– Тогда не знаю.

– Я собираюсь смотреть вовсе не на артистов."

"Величковский даже приостановился.

– А на что?!

– На костюмы, – сказал Озеров.