– Уже не так интересно, да, Костя?

Она внезапно встаёт на четвереньки и начинает ползти по кровати по направлению к нам. Я, словно завороженный, слежу за её движениями – плавными, дерзкими и охрененно привлекательными…

- Где же ваш азарт, парни? – продолжает издеваться она, подползая всё ближе и ближе. – Неужели мне придётся всё делать самой?

При этих словах она со всей силы хлопает себя по оттопыренной попке – на нежной коже остаётся красное пятно.

Я всё больше хмурюсь, злясь на её дурацкую провокацию. Сегодня я и правда хотел сделать как лучше! Хотел, чтобы она перестала чувствовать себя пленницей и ощутила себя красивой и желанной девушкой… Нашей девушкой! Я старался, чтобы она забыла о страхах и том, в какой отчаянное и опасное положение попала по собственной глупости! Ну а в итоге…

Ника оказывается у края кровати и быстро спрыгивает с неё на пол. По очереди смотрит на каждого из нас своим томным, враждебным и оценивающим взглядом. Словно самка паука, которая выбирает себе жертву. Охренеть!

Я отвечаю ей не менее яростным взглядом и медленно качаю головой, давая ей последнее предупреждение:

- Перестань!

Ника усмехается и наигранно пожимает плечами, а потом делает шаг к Марку и… становится перед ним на колени, дёргая ремень брюк."

"- Твой друг отказывается от моих услуг, - воркует она, глядя Марку в глаза. – Ну а ты? Хочешь, чтобы твоя «невестушка» ублажила тебя ртом?

У меня взрывается мозг от этой сцены. Какая ещё «невестушка»?! О чём она? Совсем сдурела?

Внутри всё закипает от непонятной, но охуенно мощной злости. На неё! На себя! И на Марка тоже! Вспоминается множество девушек, которые говорили нам подобное, соблазняли в таком же греховном и развратном стиле, но… ни одну из них мне не хотелось привести в чувства! И вот, когда я, наконец, встретил ту, которую не желаю видеть в качестве своей шлюхи, она, мать его, ведёт себя именно так!

- ПРЕКРАТИ! – ору я, плохо соображая, что сделаю в следующий момент. В порыве гнева смахиваю со стоящей рядом тумбы стеклянную вазу со свежими цветами. Она падает на пол, словно в замедленной съёмке, и разлетается на тысячу осколков.

А за ней следом на пол падаю и я… становлюсь на колени рядом с испуганной Никой, чьё выражение лица снова становится затравленным и… обнимаю её, прижимая к себе.

- Прекрати, - шепчу ей на ухо, держа её в объятиях так крепко, как только могу. – Не нужно нам ничего доказывать… пожалуйста…

Марк оказывается сзади, набрасывая на всхлипывающую Нику свою рубашку.

- Детка, что с тобой? – он безуспешно пытается успокоить её, гладя по голове.

Но наша малышка только трясётся в ответ.

- Что ты хочешь? – с отчаянием спрашиваю её я. – Проси, что хочешь! Только… - мой голос окончательно ломается. – Больше не делай так, хорошо?

- Как?! – всхлипывает она.