Быстро оббежав глазами прихожую, Тошин, как ей показалось, с облегчением выдохнул — все живы и целы! После чего сконцентрировался на фигуре Ардарского.

— Альфа?

— Забери… эту, — Борис кивнул в сторону поскуливающей свояченицы.

— Куда её — на выход? — деловито уточнил бета.

— Нет, мне с ней ещё побеседовать придётся, — скривился, словно откусил от лимона Ардарский. — Отведи в… Не знаю, сам реши, куда. И присмотрите там, чтобы не сбежала и ничего не наворотила. Хоть и незваная гостья, но всё равно родня Луны, поэтому, без самодеятельности. Чаю ей там налейте в чашку, а не за шиворот.

Печенья насыпайте… в вазочку. В общем, заткните ей чем-нибудь рот. Съедобным, а не тем, о чём ты подумал. Впрочем, если начнёт скандалить, можете применить любой другой способ. Нижнедольскому ничего сообщать не надо, я потом ему сам позвоню.

Игнат понимающе хмыкнул, кивнул, сгрёб обмякшую от ужаса Серафиму и, едва не на руках вынес её за дверь.

Створка стукнула, закрываясь, в гостевом домике повисла тишина.

Хотя не совсем тишина — Борис дышал, как лошадь после марафона и продолжал прожигать Стешу глазами — скорее, театральная пауза.

Тот самый момент, когда действие прекратилось, но всё указывает, что оно вот-вот возобновится. И не факт, что действующим лицам понравится продолжение банкета.

Зловещая такая пауза… Многообещающая!

— Отпусти, — Стефания снова повела плечами. — Ещё немного, и мне будет больно!

С секундной задержкой волк вспомнил, где находится и в чём и так виноват. Ему бы сначала с прошлыми косяками рассчитаться, а он едва новых не наделал! И, отстраняясь, разжал руки.

Хотя хотелось прямо противоположного — придвинуть самку ещё ближе, так, чтобы между их телами и волосу не протиснуться, а потом взять в плен её губы…

И не только те, что волчица секунду назад так провокационно облизнула.

— Прости, — хрипло. — Я не поверил, что ты могла быть с кем-то другим, просто не удержал зверя. Умом знаю всё и понимаю, но волк требует завершения привязки, а инстинкт временами отключает голову. Прости, что хотел вывести на эмоции…

Взгляд волчицы неуловимо изменился, из него ушла насмешка и некая настороженность.

Пожалуй…

Да, теперь Стеша взирала на него с оттенком снисходительности и… интереса?!

— Что ты со мной делаешь?! — обречённо пробормотал альфа.

«Не отпускай! — взвыл Соло. — Она нас хочет! Хватай и держи, пока самка не передумала! Надо только чуть-чуть нажать, настоять, не дать ей времени передумать!»

«Нет, нельзя спешить! — возразил ему Борис. —  Мы же не хотим, чтобы потом она нас возненавидела? Поэтому — Шаг вперед и тут же крохотный шажок назад. Показать волчице, что мы не настолько заинтересованы, чтобы потерять голову и сорваться. Что держим себя в руках и лапах».