Узбеки, видя мои ежеутренние упражнения по мордобою и растяжке, тихо хренеют и уважительно здороваются. Воровать — и то, почти перестали. По мелочи все равно тащат, но, это уж издержки производства.

Стоп, а это еще что? В одном из домиков как-то странно замигал свет в окне. 2 часа ночи, они там что, не перебесились еще? Вроде только недавно всей гопой, гости, изрядно приняв на грудь, отправились спать. Пора бы им уже и на бок… Стоп еще раз, это не электрический свет! Свеча? Да, уж больно она яркая для свечи… Пойдем-ка, от греха подальше и посмотрим получше. Я свернул с тропинки и напрямик, через газон, направился к домику. По мере приближения, свет в окошке разгорался все ярче. Да, мать твою — это ж действительно огонь! Пожар! Бараны безмозглые, что они там натворили!? Ходу!

Подбежав к домику, я только матерно выругался. На первом этаже действительно мелькали языки пламени.

— Серега! — гаркнул я со всей дури.

Вышедший из бани Сергей, аж присел.

— Узбеков подымай! Да и своих (с Серегой в домике жил еще один повар и наш водитель) тоже сюда давай! Пулей!

«Так, побежал. Вот ему и повод — про кота вспомнить. Ладно, это все лирика, потом. Дверь… Заперто. Что у нас тут? Полено — по стеклу им и внутрь! М-мать! Дым, падла, так понизу, понизу, к двери. Хорошо, хоть замки у нас с ручками запирания, а так, искал бы я тут ключи по всем дому. Открыли, но распахивать пока обождем, и так от окна приток воздуха неслабый. Что горит-то? И где? Сауна? Предбанник! Чему там гореть-то? Нет, чему понятно, облицовка дощатая, но вот отчего оно загорелось? Да, и хрен бы с ней, это на потом. Вон, огнетушитель в углу, с него и начнем».

Ф-фух! Пламя выхлестнули из двери и чуть не опалило мне морду. Опа! А, неслабо оно уже разгорелось-то. Ну, мы его сейчас… Не любит, стерва, ох не любит… Однако, огнетушителю кранты…

Топот ног! Серега? Узбеки прибежали.

— Ну-ка огнетушитель мне сюда, скорее! И — наверх! Будить этих баранов и вниз. Кто не может идти — на руках или волоком, марш! Один пулей, в пожарку звонить, телефон у ворот — 02!

«Побежали… А, мы тут, с огнем. Однако, хреновое дело, огнетушитель тут уже не катит, стена пошла, огонь уже куда-то вверх ввинтился. Второй огнетушитель пуст, третий — все… Пора уже и самому…»

— Сергеич! — это мне. — Серега прибежал с ребятами.

— Чего там? Всех вывели?

— Пацан наверху остался!

— М-м-ать! Что за пацан?

— Сын чей-то!

— Т-т-твою ж дивизию!"

"Бегом вверх по лестнице! Так, на втором этаже уже прихожая вовсю горит, огонь снизу прошел, как? Хрен его знает… Пацан! Где ты, черт немытый!? Где? Тут нет, тут тоже пусто, в гостиную — нету. Куда ж тебя черти унесли? Спальня — пусто, вторая — тоже, где он? Плач! Назад, в прихожую… Шкаф? Он в шкафу, баран!

— Какого хрена!? Чего ты тут!?

Слезы в три ручья, говорит что-то.