Конечно, для возбуждения официального процесса реабилитации Личко собранных нами фактов было совершенно недостаточно, и не было их документального оформления, и многого другого, столь же важного, тоже не было, но ведь дело-то все затевалось не для официоза, а только лишь для памяти близких.

– Я уж губы раскатал на путевку в Турцию, хотел жену с детьми летом отправить, – жаловался Валя. – И черт дернул этого Ситникова по телевизору показывать! Не увидела бы его Истомина, можно было бы еще поработать. Вот всегда так: информация вылезает, когда не надо, а когда надо, так ее наищешься…

Шурик Вилков был слишком занят руководством следственно-оперативной бригады по делу с двумя убийствами и одним покушением, чтобы ходить в гости «просто так», на котов смотреть.

Я понимал, что наше с Валькой предложение «посидеть» он принял не только из-за необходимости подыскать подарок любимой теще, но и из каких-то корыстных побуждений. Я не ошибся.

– Слышь, Игореха, у меня с терпилой полный непротык.

– А что так?

– Да молчит, гад. Ни слова не говорит. Раскачать бы его чем-нибудь, а? Поделись, не будь жмотом.

Согласен, ситуация, когда потерпевший не дает показаний, а свидетелей нет, – хреновая. Показания дает только обвиняемый, а уж он наговорит… Ситников молчит, и Шурик ищет любые возможности разговорить его. А для этого нужна информация, как можно больше информации о самом Ситникове и его жизни. Давить на потерпевшего как-то неловко, человек после второй полостной оперции лежит в реанимации, он в сознании, может давать показания, но очень слаб, и вообще перспективы, как сказал, Вилков туманные и не больно радужные.

С выхаживанием больных после ранения в брюшную полость у медиков испокон веку проблема, вот хоть Пушкина взять, Александра Сергеевича, или героя моего с детства любимого фильма «Новые Центурионы», который у себя в американских Соединенных Штатах был чем-то вроде участкового и погиб именно от такого ранения. А как давить на человека, который, скорее всего, умрет со дня на день? Совестно."

"Ну а поскольку жмотом я никогда не был, то честно поделился с Шуриком всем, что успел узнать о Вячеславе Антоновиче Ситникове.

Шурик же, в свою очередь, поведал нам, как допрашивал сына Ситникова, Григория Вячеславовича. На прямо поставленный вопрос о том, почему фирма «Баунет» перевела свои активы в фирму Ситникова-младшего, тот спокойно пожал плечами и ответил, что хозяин «Баунета», Лев Александрович Аргунов, – старый друг отца. Лев Александрович обратился за помощью к Ситникову, когда узнал, что его фирма подверглась недружественной атаке, и Вячеслав Антонович посоветовал воспользоваться фирмой своего сына, вот и все.