— Пожалуйста, не лишай меня своих объятий. Я так по ним соскучилась!

Он улыбнулся, вновь лег рядом и крепко прижал ее к груди.

— А ты по мне скучал? — спросила Наташа.

— Не было часа, чтобы я не думал о тебе. И жутко, до того что перехватывало дыхание, боялся, что больше никогда не увижу тебя.

— Знаешь, Кворн, — она поудобнее устроила голову на его плече, — там, в подземелье, я не умерла от боли, наверное, только благодаря тебе. Когда тварь хлестала меня, я орала, выла, умоляла ее перестать, но она только хохотала, стегая снова, и мне хотелось сдохнуть, только бы мучения прекратились.

Ноя вспоминала, как ты вынес экзекуцию, не издав ни единого звука. Вынес ее за меня. И я понимала, что должна, просто обязана выжить, чтобы снова увидеть тебя, — глаза защипало, и выступили непрошеные слёзы.

Кворн собрал их губами.

— Ната, не нервничай, тебе силы на другое нужны. Всё позади, всё хорошо.

— Нет, не всё, — она нахмурилась, и слезы потекли опять. — Гадина меня всю исполосовала! Я — не оборотень, и теперь навсегда останусь уродиной!

Наташа безутешно разрыдалась, уткнувшись в мощную грудь.

— Перестань, — Кворн касался губами ее волос на макушке, — У тебя тоже всё заживет, мы ж магией лечим, Но даже если какие-то следы не сойдут — для меня ты всегда будешь самая красивая и самая желанная!

— Вот именно, что только для тебя, — простонала Наташа, увлекшись жалостью к себе.

Кворн отстранил ее и пристально посмотрел в глаза:

— А тебе важно быть красивой для кого-то еще?

Карий взгляд буквально обжёг ревностью.

Сердце Наташи восторженно скакнуло в груди. Он в нее серьезно влюблен! На душе стало так тепло и радостно. Девушка невольно улыбнулась. И что только он нашел в ней — в истеричной паразитке?

— Нет, неважно, — Наташа покачала головой.

 — Лишь для тебя. Правда.

Кворн нежно коснулся ее губ и снова уложил на свое плечо.

— Я только никак не могу понять, — прошептала она, — почему Латона надо мной издевалась. Я думала, она Вику ненавидит. Неужели имеет какие-то виды и на тебя?

— Да нет, я здесь не при чем. Как раз чтобы помучить Вику, она всё это и затеяла.

Кворн рассказал, что, на самом деле, тварь тиранила их обеих.

— Ужас какой! — в груди всё сжималось от жалости к сестре. Наташа слишком хорошо помнила, какую адскую боль вынесла сама.

А получается, что Вика страдала не меньше. И тоже чуть не умерла.

Наверное, теперь сестра жутко злится на нее за весь этот кошмар, потому и не заходит. — А Вика обо мне ни разу не спрашивала? — всё-таки это было очень обидно. Ведь она же не виновата, что Латона сделала ее своим орудием пытки.

— Вика страшно переживала, когда ты исчезла, — заверил Кворн. — Но сейчас она не может прийти к тебе, потому что ее похитили.

— Как?! — она подскочила на кровати и развернулась к нему.