Понял ли он, что происходило, или он и правда, не совсем проснувшись, просто поддался сонной неге? Может, он смотрит на нее и думает о том же, задавая себе те же вопросы? А если вспомнить вчерашние неприятности и его невероятное предложение переспать с ним, чтобы унять плотское желание… О нет! Получается, что этим утром она приняла его предложение? Почему же он ничего не говорит? Просто стоит и глазеет на нее, и непонятно, какие мысли роятся в его голове. Гадкие мысли, это видно по взгляду, который вдруг стал неприятно колючим. Что ему взбрело в голову на этот раз?

Таня была готова к худшему, но не к вопросу, который неожиданно прозвучал:

— Тебе действительно все равно, с кем спать, Таня?

Она бы ударила его, подойди он поближе.

Но вместо этого просто повернулась к нему спиной и бросила через плечо:

— Думаю, что нет, потому… — но не смогла договорить: в горле стоял ком.

Ее волнение было таким неожиданным для Штефана, что он тут же добавил:"

"— Прости.., случайно выскочило. Но я знаю, — ты ненавидишь меня, что же я мог еще подумать?

И правда, что же еще? Но можно было сказать что-нибудь другое. Кажется, чем более близкими становились их отношения, — тем обиднее было слышать его слова.

Тане следовало ожидать чего-нибудь, подобного. Но она не ждала.

Да и что она может ему ответить? Что она так злилась на него из-за того, что он отнял у нее таверну, и хотела застрелить его? Да, она так и пообещала. Гнев ее потом сменился растерянностью перед неведомым будущим. Он не знает, каково ей было. А вот вчера она опять рассердилась и даже хотела навредить ему, а кончилось это дракой в казино. Если все это собрать вместе, выходит, она ненавидит его. Только это совсем не так.

Таня должна бы испытывать именно это чувство, но ничего у нее не выходит. И никому этого не понять.

Но тогда как же объяснить неожиданную вспышку страсти? Сказать, что ее настолько сильно влечет к нему, что она ни о чем больше думать не может? Он не поверит этому. Сама Таня себе не верит. Она не доверяет ему, его словам, объяснениям. Ей неуютно и страшно в той бездне неизвестности, в которую ее окунули. И не по душе его вспыльчивый характер, неуравновешенный нрав. А одни его оскорбления, причем постоянные, чего стоят! Свое недовольство ей не удавалось скрыть, ее отношение к нему сквозило и в ее поведении, и в выражении лица.

Но куда все это исчезает, когда он дотрагивается до нее, или просто смотрит, или она о нем думает? Почему ее так тянет к нему, несмотря на неприязнь, а иногда даже ненависть?

«Господи Боже мой! — подумала Таня. — Может, я такая испорченная, как он думает? Может, мне действительно только это и нравится? Вот возьму и скажу ему сейчас это. Что будет?» Но она понимала, что лучше промолчать, не навлекая лишний раз на себя его гнев.