— Это последний?

— Да.

Он недоверчиво посмотрел ей в глаза.

— Да-а-а! — прокричала Таня.

Но он продолжал смотреть на нее, очевидно, раздумывая, стоит ли ее обыскивать. Не верит, и это вполне объяснимо. Оглядел с ног до головы и кивнул: мол, ладно. Таня поняла вдруг, что он не хочет дотрагиваться до нее. Неделю назад он при любом удобном случае лез к ней под юбку…

Ну и черт с ним! Она даже рада, что больше не интересует его. Устала играть с ним в эти опасные игры. Таня повернулась и направилась к двери.

Штефан вздохнул.

— Не заставляй меня снова бежать за тобой, Таня, — сказал он устало.

Она остановилась в недоумении: с какой стати он так спокоен? Что, больше не в состоянии разозлиться на нее?

— Я хочу принять ванну и переодеться. А потом собираюсь хоть немного поесть — я голодна. Мы же не уезжаем прямо ночью?

— Ты сможешь привести себя в порядок в гостинице. У нас там приличный номер…

— Спасибо, но я предпочитаю остаться в собственной комнате, — отрезала Таня. — А тебе нечего сидеть тут и ждать меня. Можешь вполне заехать за мной утром — Довольно!

— О, да неужели я снова слышу этот грозный возглас? — Она даже заморгала глазами, притворяясь удивленной.

 — Я, кажется, все-таки разозлила тебя? Нет, не очень, потому что я все еще стою на ногах, а не валяюсь на кровати.

Штефану явно не понравились ее намеки на те сцены, которые явились результатом его необузданного гнева. В его глазах появились злые огоньки, но он сохранял самообладание. Даже не приблизился к ней ни на шаг.

Он заговорил с ней, но в его голосе появились металлические нотки:

— Найти тебя — это последнее, предсмертное желание Шандора. Он велел привезти тебя домой, чтобы ты заняла достойное место на троне.

Твои фокусы только затягивают отъезд, а это значит, что можно не успеть застать его в живых. Если случится, что он умрет, не дождавшись нас, вот тогда, Таня, ты будешь свидетелем моего настоящего, адского гнева.., а также моей самой сильной боли…

Девушка все еще не понимала Штефана.

— Кто такой Шандор? — спросила она."

"— Наш любимый король, правящий уже двадцать лет.

— Но ты сказал, что Василий…

— Будучи смертельно больным, Шандор отрекся от престола в пользу своего единственного сына. Это произошло перед нашим отъездом в Америку.

Снова сказки. Он нарочно испытывает ее терпение и свое тоже.

— Может, ты расскажешь это кому-нибудь другому, кто поверит в подобные чудеса? Я иду принимать ванну, Штефан. Жди, если тебе нужно.

Она повернулась, чтобы уйти, но он остановил ее.

— Ты не можешь вести себя здесь, как у себя дома, Таня.

— Какого черта? Ты что, не знаешь, что это мой дом? И скоро все это будет принадлежать мне!

— Не думаю.

Как он раздражал Таню! Она просто едва сдерживалась, чтобы не наброситься на него.