И конечно, она с размаху налетела на кровать. Лучше сразу предупредить Доббса, что это она залезла в окно.

— Доббс! Доббс! — прошептала Таня, потряхивая матрас.

Оттуда не раздалось ни звука, даже храпа не слышно.

— Доббс? Ты здесь?""

— Его здесь нет, принцесса!

В свете зажженной спички она увидела Штефана. Он сидел на стуле у двери, закинув ногу за ногу.

— Нет! — вскрикнула девушка. — Что ты здесь делаешь?

Более дурацкого вопроса она задать не могла.

— Здесь? — переспросил Штефан. — Ах да. Мы тебя тут поджидаем уже дня три. А ты надеялась, что отступимся и уедем?

— Да, надеялась! — выкрикнула Таня и бросилась к окну.

В мгновение ока она перемахнула через подоконник, свалилась с грохотом на крышу спиной, вскрикнула от боли в локте и в ноге, которая застряла в окне. Глянула наверх и увидела, что на самом деле это Штефан крепко схватил ее за лодыжку. Она хотела лягнуть его, но он поймал и другую ее ногу.

— Дай мне руку, Таня! — скомандовал он. — Слышишь? Не то я втащу тебя сюда за ноги, и мне плевать, поцарапаешься ты при этом или нет.

И он не шутит — так и будет, в этом Таня не сомневалась, но попробовала высвободиться.

Тогда Штефан приступил к выполнению своего грозного обещания.

— Подожди! Не надо!

Таня протянула ему руку, которую он взял не сразу. Но потом уж она и опомниться не успела, как оказалась в комнате.

Опять темно и ничего не видно. Но Штефан зажег новую спичку… Вид у него был свирепый. «Господи, помоги!» — только и успела подумать Таня.

— Я поймал тебя, Таня. Смирись-с Этим, — сказал он неожиданно спокойным голосом.

— Не могу.

— Сможешь.

Это прозвучало как предупреждение, даже как угроза. По всему видно, он торжествует.

Она отвернулась не в силах вынести его взгляда.

Тогда Штефан зажег лампу у кровати. Таня так и ахнула — Доббса там не было!

— Боже мой! Доббс умер? — воскликнула она.

— Да вроде нет.

Она сердито взглянула на Штефана.

— Тогда где он? Что ты с ним сделал?

— Я ничего с ним не делал.

— Штефан!

— Сперва отдай мне свой нож, тот, что так ловко режет веревки.

Девушка не шелохнулась.

— Или ты сделаешь это сама, или я тебя раздену и найду его.

— Ты и пальцем ко мне не притронешься, черт тебя подери! — вспылила она и наклонилась за ножом к ботинку.

— Я сделаю все, что сочту нужным, принцесса.

И не надейся больше улизнуть от нас. Понятно? Она сделает это. Должна. Вот и нож у нее в руке…

— Вспоминаешь ту ночь, когда твой нож помог тебе? — спросил Штефан, прочитав ее мысли. — Больше тебе так не повезет.

Таня стояла, сжимая нож в кулаке.

— Ты меня испытываешь? Хочешь окончательно разозлить?

Она не удержалась, чтобы не съехидничать:

— Это значит, что ты опять хочешь завалить меня на постель?

— Зачем? Можно просто тебя отшлепать хорошенько.

— Черта с два!

Она швырнула нож на пол.