– А если не захочешь покидать родовой особняк, то я специально оговорю за тобой право остаться здесь или сюда приезжать, когда тебе вздумается. Будешь иметь право жить тут, сколько пожелаешь. Твоей дочери помимо уже выделенного ей имущества и денег, я оставлю деревню Троники. Уверен, с таким приданым ты сможешь удачно выдать её замуж!

- Всё остальное Есении? – выдохнула графиня, незаметно для себя раздирая пальцами кружево на юбке.

- Раз Ясноликая не позволила мне родить сына, значит род продолжит второй сын моей девочки. Первый, понятное дело, унаследует титул отца, а вот второй..., - граф снова закашлялся и потёр ноющую грудь. – Помоги надеть брюки!

Сильвия закатила на мгновение глаза к потолку, но потом нацепила на лицо улыбку и склонилась над больным.

Больше всего ей хотелось прижать к лицу мужа подушку. И держать, пока тот не перестанет дышать.

Ишь, чего удумал – завещание писать!!! Без этой бумаги графство досталось бы вдове, а родная дочь графа могла бы претендовать только на приданое... На что и был расчёт, да зелье подвело!

Но подушку нельзя – стряпчий уже здесь! И так тревожно, не заподозрит ли королевский служащий неладное, не начнёт ли задавать вопросы – что за простуда прицепилась к крепкому ещё мужчине, почему доктор оказался бессилен? Ещё вздумает настоять на освидетельствовании, консилиум соберёт. Нет, нет, никаких посетителей, докторов, дознавателей!

Поэтому придётся изображать преданную супругу и постараться угодить стряпчему. Что б у него и мысли не заронилось, что болезнь графа вызвана не естественными причинами!

- А если девочка не успеет родить сыновей? – не спросить она не могла. – Сам понимаешь, в жизни всякое случается. Что будет, если у Есении родятся только дочери? Или она окажется бесплодной или... погибнет, не успев произвести на свет младенца? Конечно же, мы все будем молить Ясноликую, но... Что будет с графством и... остальным?

Она втайне надеялась, что граф назовёт её имя или имя её дочери, вернее, сына, которого Ильяна может родить. Они же одна семья, почему бы нет? И ничего, что Ильяна не одной крови с Эрнестом, он же сам сказал – относится к ней так же, как к родной дочери!

Но граф разочаровал.

- Тогда графство отойдёт королевству. К сожалению, у меня больше нет близких родственников, а дальняя ветвь давно растворилась – там рождались только девочки.

Вот так – ничего ей не светит, даже если сжить падчерицу со света! Наоборот, теперь ей придётся беречь девчонку, ведь от падчерицы зависит её собственное благополучие.

Пока в голове графини табуном метались мысли, руки делали своё дело. И скоро супруг был полностью одет.

- Всё, я готов, - Эрнест откинул голову на подушку и вытер краем простыни испарину. – Теперь иди и позаботься о стряпчем. Проследи, чтобы он был всем доволен.