Сейчас допрос с пристрастием устроит, изображая оскорбленную невинность.

Стас берёт стул, ставит его у дивана и садится напротив меня, уперевшись локтями в колени. Смотрит так, будто первый раз видит, и я гляжу, не чувствуя ровным счетом ничего. Ни уколов совести, ни сомнений, ни сожалений. Разве что дискомфорт от того, что предстоит неприятный разговор.

Так странно. Так непривычно. Совсем недавно я считала, что мир вращается только вокруг него, что он — моя жизнь, что умру без него, а сегодня все разрушилось до основания. И на обломках старой жизни я строю новое, а возвращаться назад не хочу.

Это мой выбор. И он окончательный.

— Что тебе сказать? — удивленно поднимаю одну бровь.

Хочет начать разговор так чтобы остаться чистеньким? Не выйдет, родной мой. Если хочешь выдвигать претензии, сначала скажи, откуда все узнал. Даже интересно, как будет выкручиваться. Я не собираюсь облегчать ему задачу.

Гипнотизирует меня тяжелым взглядом, вижу что внутри него ураган бушует, но пока он в состоянии его сдержать.

— Лика!

— Что?

Открывает рот, закрывает, не знает, как начать, а я молчу, терпеливо жду.

— Твою мать, — шумно выдыхает и раздраженно, и вместе с тем как-то растерянно трет шею, напомнив мне того самого парня, в которого я была влюблена в юности. Как же давно это было!

— Нам надо поговорить!

— Говори, — жму плечами, — я тебя слушаю.

— Зачем тебе было нужно, чтобы в пятницу я ушел?

Вкрутился, паразит, обошел острые углы. Нет, так дело не пойдет.

— С чего ты это взял?

— Просто ответь на вопрос! — раздраженно вскидывается он.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Лика! Не надо делать из меня идиота!

— Даже не думала. А в чем дело, милый? Что случилось?

— Что случилось??? Моя жена спроваживает меня на ночь из дома! Вот что случилось!

— Да ты что? И откуда такая информация? Кто же тебе такое сказал? — смотрю на него, не мигая.

Что насупился? Давай, признавайся, что шлялся за моей спиной, как сволочь, что баб других трахал, пока я тебя, как дура, дома ждала.

Молчание не спасет. Не надейся.

И он это понимает. Плечами нервно ведёт, выдавая свое напряжение. Поднимается со стула и подходит к окну, заправил руки в карманы и долго глядит на соседние дома.

— Лика… я… мне жаль.

А мне уже нет. Мне все равно.

— Ты же знаешь, я всегда любил только тебя.

Нервный смешок срывается с губ, неуместно прозвучав в напряженной тишине.

— Хм, любил меня, а трахал других? — я больше не собираюсь быть милой, удобной, понимающей. Только не для него.

Стас недовольно качает головой, но не оборачивается.

— Просто… просто так сложилось, стечение обстоятельств.