Он еще никогда не видел, чтобы женщина так рвалась в бой, так отдавала приказы. Да и другие тоже.

Он резко замолчал, будто что-то недоговаривая, и на минуту в палатке воцарилась гнетущая тишина.

Девушка прошлась по лицу лэра внимательным взглядом.

– А ты? – ее голос внезапно сел. – А ты видел?

– Нет.

Несколько секунд они сверлили друг друга напряженными взглядами. Наконец, Дарвейн признал:

– Ты не рабыня. Ты другая.

– Я амаррка, – подсказала она. – Эсмиль ди Маренкеш, наследница Высшего Дома, подданная императрицы Ауфелерии.

– Не рабыня, – он кивнул, принимая ее слова.

Отставив пустой котелок, девушка поднялась и шагнула к нему, склонив голову на бок. Замерла, настороженно глядя на него сверху вниз.

– Ближе, – усмехнулся Дарвейн, ловя ее взгляд.

Ей опять пришлось опуститься рядом с ним на колени.

Эсмиль вздрогнула, когда мужские руки тяжело легли ей на плечи, а сухие шершавые пальцы, царапнув нежную кожу, поддели кожаный ошейник. Скривившись от боли, Дарвейн начал наощупь сражаться с замком.

– Что ты делаешь? – девушка обеспокоенно завозилась.

– Стой смирно! – прошипел лэр.

Его пальцы нащупали заклепку, рванули, послышался короткий сухой треск – и в руках Дарвейна оказался разорванный ошейник. Тяжело выдохнув, мужчина откинулся назад на попоны, чувствуя, как от напряжения в ранах пульсирует боль.

Девушка пару секунд смотрела на полоску черной кожи в его руках, потом, будто не веря, поднесла руки к шее.

– Что это значит? – прошептала она, нервно потирая горло.

– Ты больше не рабыня, – глухо ответил лэр.

– А…

Она на мгновение растерялась. Если не рабыня, то кто? Разве в этой стране женщина может быть кем-то еще?

– Теперь ты квинна, – пояснил Дарвейн, не глядя на нее, – свободная.

– И что мне делать? – холодок тревоги скользнул по спине Эсмиль. Еще пару минут назад она была собственностью этого человека и знала, что полностью в его власти, а теперь он дает ей свободу? И что делать с этой свободой посреди бесконечной заснеженной пустыни?

– Ничего. Ты спасла мне жизнь. Я не могу вернуть тебя домой или изменить то, что случилось. Но могу привезти в Эрг-Нерай и представить всем как квинну Эсмиль ди Маренкеш. Ты можешь остаться со мной или выбрать мужчину по сердцу.

– Мужчину по сердцу? – растерянно пробормотала Эсмиль. Такой поворот событий она даже не предвидела. – То есть, я больше не буду с тобой… – она бросила на постель выразительный взгляд.

– Ты больше не моя собственность, – криво усмехнулся Дарвейн и посмотрел на нее. – Ладно, пора спать. Скажи Вирстину, пусть даст тебе пару шкур завернуться. Ночь холодна, а квинне не пристало спать с мужчиной в одной постели, это удел рабыни.