Камилла Джеймсон познакомилась с красивым, мужественным Заком Прескотгом на горнолыжном курорте и не смогла устоять перед его опасным обаянием.Несколько дней и одна безумная ночь связали их судьбы, но уязвленная гордость и страх перед неизведанным помешали им понять друг друга.Спустя два года Камилла получает предложение от состоятельного владельца ранчо отреставрировать старинный особняк. Она приезжает в Атланту и встречает здесь человека, которого тщетно пыталась вычеркнуть из своего сердца…

Камилла наконец увидела вдали величественный особняк и резко затормозила. Она выехала ранним утром, накануне расспросив о дороге в туристическом агентстве в центре Натчеза. Девушка в офисе объяснила ей, что надо ехать по Хомочитто-стрит и, не доезжая шоссе № 65, свернуть налево.

Камилла чуть не пропустила едва заметный в непролазном кустарнике дорожный знак, указывавший, что эта узкая проселочная дорога и есть та самая подъездная аллея к усадьбе. Свернув с шоссе, девушка сбросила скорость и осторожно вела машину по ухабам и рытвинам. Вековые дубы, с необъятных ветвей которых, точно седые бороды, свисали лохмотья серого мха, возвышались по обеим сторонам дороги. Магнолии, на которых, несмотря на то, что сезон их уже миновал, еще покачивались головки изящных белоснежных цветов, обрамляли аллею рядами похожих на фонтаны кустов. С давних пор было принято вплетать эти цветы в венок новобрачной в день свадьбы, от них усадьба и получила свое романтическое название – «Свадебный венок».

Распахнув дверцу, Камилла вышла из машины и, не выключая мотора, с интересом стала разглядывать дом. Двухэтажный особняк был построен в 1805 году, в колониальном стиле, так нравившемся Камилле. Комнаты второго этажа выходили на балконную галерею, а первого – на открытую веранду, окружавшую дом с трех сторон. Стены из красного кирпича со временем приобрели тускло-розовый оттенок. Шесть внушительных белых колонн по фасаду поддерживали балкон. Широкие и высокие окна с зелеными ставнями симметрично располагались по три с каждой стороны огромной парадной белой двери. Над крыльцом на тяжелой цепи висел массивный медный светильник.

Камилла восторженно вздохнула и вернулась в машину. Уже поворачивая ключ зажигания, она вдруг засмеялась от прилива чувств.

– Ну, Скарлетт О'Хара, умри от зависти! – сказала она весело и рассмеялась, подумав: какое счастье, что ей удалось получить такой потрясающий заказ – провести реставрацию этого особняка.

Девушка от всей души надеялась, что ей хватит вкуса и умения, чтобы справиться со сложной задачей, столь много значившей для ее карьеры дизайнера.

Камилла и ее мать, Марта Джеймсон, совместно владели компанией по декору и дизайну в Атланте.