Они давно объяснились, твой Ксьер честно признался, что может быть девушке только другом, так как давно и прочно влюблен.

– В кого?

У меня даже слезы высохли, и я воззрилась на гарриату с недоумением.

– А вот об этом, моя хорошая, я тебе не скажу, не в моих правилах раскрывать чужие секреты. А сейчас успокаивайся, к тебе гости.

Айша заняла место рядом со мной, а я с нетерпением уставилась на дверь. Когда она распахнулась, не сдержала улыбки. Все мое семейство в полном составе. На лицах беспокойство пополам с радостью. Отец шел впереди, два брата и сестра за ним. Но первым ко мне все же бросился старший брат.

– Малышка, как ты? Мы чуть с ума не сошли, когда узнали, – прошептал он, обнимая меня и всматриваясь в лицо.

– Сейчас уже нормально. Я бы хотела вернуться к себе. И… все уже знают, да? – Мне стало страшно.

– Нет. Для всех ты свалилась с магическим истощением после посещения Нижнего мира, не рассчитала силу, а алкоголь усугубил ситуацию. Больше никто ничего не знает, – просветила меня Ри, устроившись на краешке кровати и не сводя глаз с пантеры. – Знаешь, мелкая, я тебе завидую. В питомцах сама гарриата, давно такого не было.

– Я бы и сама себе позавидовала, если бы не…

Ком в горле помешал продолжить фразу, но меня поняли. Мои руки одновременно накрыли братья, а отец поспешил поведать о судьбе ректора:

– Гротха судили. Императору была предоставлена картинка твоей питомицы. Всем известно, они никогда не врут. Да и подделать такое невозможно. Если бы дело касалось только тебя и запрещенной магии, то его, как высшего аристократа, сослали бы на запретные острова. Но, получается, мы раскрыли заговор против короны, в этом случае наказание совсем другое. Вчера на рассвете бывший ректор академии был полностью стерт как личность. Ему в сознание вложили совсем другие воспоминания и отправили с дипломатической миссией без права возврата к эльфам, а они сделают из него нормального человека.

– Сомневаюсь, что из такого может получиться что-либо достойное, – не сдержала злости.

– Из такого не получилось бы, но в нем сейчас другая личность, себя прежнего он не вспомнит, а если ваши дороги пересекутся, он и тебя не узнает, – убедил отец.

– Одного не понимаю: все видели на мне запрещенное заклинание, но никто не вмешался. Почему? Может, тогда не было бы такой боли? – спросила, разглядывая всех сразу.

– Мы думали, это остаточные чары Горитора, они должны были сами развеяться, – пояснила Ри. – Твоя подруга давно подняла этот вопрос, даже поделилась своими сомнениями в личности Горитора, но ей, увы, никто не поверил. Каюсь, мы едва не совершили ошибку. К тому же магистр по зельеварению сказала, что на тебя ничего не действует. Кстати, Верховная выявила много сборных компонентов, которые нельзя использовать вместе.