Светские мероприятия всегда такие занудные? Судя по сияющим глазам, остальные радовались."

"Отец недовольно поглядывал на Гротха, на меня – с предупреждением. Что он хотел выразить, могла только догадываться. Но пока прямого приказа или запрета мне никто не давал, наслаждалась обществом мужчины. Меня в нем восхищало все. Его ненавязчивые касания разгоняли кровь по венам, временами заставляя ее закипать. Тело просто горело, я все чаще смотрела на его губы. Как же мне хотелось, чтобы он меня поцеловал!

Мы мило беседовали с лордом, он расспрашивал, есть ли у меня еще какие-нибудь идеи, я отмалчивалась, чтобы не спугнуть задумку, и меняла тему. Идеи у меня действительно были, но сначала нужно узнать мнение Ксьера, с главы академии станется поднять меня на смех, как было в случае с Фергантом.

Самое обидное, что Гротх смотрел на меня не как на девушку, а как на подопытный образец в лаборатории. Иногда казалось, что он прямо сейчас достанет скальпель и приступит к вскрытию, чтобы исследовать мои внутренности. От сравнения саму передергивало.

Райэра танцевала с Ксьером, Галину приглашал Лефи, а мне за вечер никто не предложил потанцевать. Хотелось крушить все вокруг. Друзья называется! Могли бы доставить удовольствие. С каждой минутой все сложнее было сохранять лицо и радостную, как приклеенную, улыбку. С трудом дождалась окончания «праздника». Как только ректор намекнул, что скоро отбой, я едва ли не первой вскочила, готовая бежать. Галина, заметив мою реакцию, едва заметно улыбнулась.

В академию нас отправили порталом. Некромантка, поблагодарив за чудесный вечер, напомнила, что в выходные мы идем отмечать новоселье, и быстро убежала на свою территорию. На ее слова ректор отреагировал скептически поднятой бровью, он еще не забыл о проклятой усадьбе. Кстати, ею занялся отец. Он нашел способ обойти ограничения и прислать туда управляющего. В поместье уже велись работы по восстановлению особняка, но глава академии предупредил, что на каникулах лично будет отслеживать нашу помощь.

С трудом переставляя ноги и мечтая поскорее сбросить с себя пыточное устройство, я побрела в комнату. Райэра что-то говорила, но я только кивала, делая вид, что слушаю, на самом деле ни слова не понимала. Волнение, переживания, азарт и радость победы тяжелым грузом давили на плечи. Глаза закрывались. Едва избавившись от платья, рухнула на кровать, а утром впервые едва не проспала, не услышав даже громогласный будильник. Райэре с трудом удалось меня разбудить.

В столовую не шла, ползла. Сил никаких не было, будто я неделю не спала, а занималась тяжелым физическим трудом. Глаза распахнулись, стоило переступить порог столовой. Меня оглушил громогласный радостный ор.