Как пить дать, внес в нее наши имена. И вновь поднял на нас взгляд:

— Скрепите ваш брак поцелуем.

Грэй притянул меня к себе и завладел моими губами. Я мигом забыла, что вокруг есть люди, полностью выпала из реальности. Но мой альфа контролировал ситуацию и вовремя отстранился.

— Почему ты не предупредил о «кровосмешении» заранее? — укорила я мужа, когда он на руках выносил меня из брачного зала.

— Это давняя традиция, — ответил он. — Так выглядел наш брачный ритуал еще в другом мире. У меня совершенно из головы вылетело, что ты не в курсе. Прости.

— Или ты просто побоялся, что я испугаюсь боли и откажусь? — пробурчала я, тем не менее, нежно коснулась его губ.

— Да, чтобы ты нервничала заранее, я тоже не хотел, — неожиданно признался альфа.

Я собралась было возмутиться, что ничего он на самом деле не забывал, но мне заткнули рот поцелуем и целовали все время, пока несли до свадебного стола.

Пировали гости до самого вечера. Вино и угощения текли рекой.

Лишь ближе к полуночи молодожены позволили себе улизнуть, оставив гостей гулять дальше.

Едва зашли в спальню, как Грэй взялся расстегивать платье у меня на спине. Заняться ему было чем — пуговицы там шли сплошным рядом. Я замерла, ощущая как ловкие пальцы спускались все ниже и ниже. Вот и последняя пуговичка. Ладони мужчины скользнули по плечам, освобождая их от ткани, а горячие губы прижались к шее. Я застонала от его страстных, но нежных поцелуев.

Платье упало к ногам.

— Давай уберем платье в гардеробную, — прошептала я. — Не хочу, чтобы оно превратилось в лохмотья, — безумствующий волк вряд ли будет смотреть, что раздирает лапами.

— Хорошо, — согласился Грэй, неохотно выпустив меня из объятий.

Я унесла платье в соседнюю комнату, бережно повесила на вешалку. А когда вернулась в спальню, на Грэе остался лишь костюм Аполлона. Но насладиться видом его совершенного тела я не успела — меня тут же сгребли в объятия и утянули на кровать.

Едва спина коснулась прохладной простыни, как Грэй навис надо мной, опершись на локти.

Где-то на задворках сознания когти ударили по металлу. Нет! Сейчас прочь мысли о проклятой!

— Девочка моя… — хрипло прошептал он, покрывая мое лицо чувственными поцелуями. — Я схожу от тебя с ума!

Мужчина провел носом вдоль линии моих волос, опускаясь к шее и вдыхая мой запах — я почувствовала, как он задрожал, как быстрее забилось его сердце.

— Грэй, любимый!.. — я ласкала его спину, перебирала густые волосы.

— Влада, — в глазах Грэя уже бурлила лава, — я хочу тебя!

Он обжигал меня каждым словом, каждым прикосновением. Во всем теле уже полыхал пожар. Под ласками моего альфы я умирала и возрождалась, вспыхивала спичкой, сгорала и восставала из пепла.