— Хорошо, — в конце концов зло вымолвил он. — Но мне понадобятся три жертвы. Из числа моих близких родственников, — добавил он я ядовитой ухмылкой.

Принц смертельно побледнел.

— Что, уже не хочешь, чтобы я снимал проклятие? — продолжил Улималь издевательским тоном. — Но, в принципе, герцог Валгейнский может и сам отзеркалить проклятие мне обратно.

— О, нет! Только не это! — простонал Норвель, пошатнувшись.

— Ну что ты так распереживался? Твой друг подарит тебе ошейник, — не переставал глумиться Улималь.

— Довольно! — постановил Рагрияр, и лицо эльфийского ублюдка замерзло до самых глаз. — Естественно, никаких жертв не будет. Ни с твоей стороны, — успокоил он принца, — ни с моей. Пусть все остается как есть.

Мой альфа обнял меня за талию и заглянул глаза. Я кивнула, полностью поддерживая его мужественное решение.

— Спасибо, — одними губами прошептал Норвель.

— Интересно, сбылось ли предсказание? — вдруг проговорил Киниэдалл.

— Какое такое предсказание? — заинтересовался Эдарий.

— О том, что на этом отборе герцог Валгейнский обретет свою истинную пару. Именно услышав данное предсказание, Улималь и всполошился с этим отбором. Ведь, как я понимаю, прадеда Рагрияра он проклял в надежде, что тот уже не сможет завести потомства, и род альф прервется. Однако людские маги изобрели ошейник, и, пусть с мучениями, но альфа все же мог произвести зачатие. Тогда Улималю оставалось только ждать, пока кровь оборотней разбавится человеческой или эльфийской настолько, что они утратят способность оборачиваться, а, вместе с тем, растеряют свою магию зимы. А поскольку жить наш дорогой король, как видно, собирался вечно, время не имело для него особого значения. И тут это предсказание про истинную пару. Если оно исполнится, и альфа родит девочку, а то и не одну… Наверняка они тоже станут чьими-то истинными парами, и кровь оборотней снова начнет усиливаться, а, значит, все старания насмарку, — ухмыльнулся эльф. — Более того, только Улималь успокоился, поручив графу Ломпэйну сорвать отбор, как услышал дополнение к предсказанию: истинная пара герцога Валгейнского придет из другого мира. Улималь приказывает Яртану убить всех иномирянок, попавших на отбор. Но, к счастью, Яртан снова струсил. Он понимал, что просто так смерть возлюбленной герцог не спустит и будет копать до тех пор, пока не найдет виновника и не разорвет его. Поэтому убивать Владиславу Яртан не спешил. Сперва постарался запугать ее, вынудить саму бежать с отбора.

— Интересно, почему против Насти он не предпринимал вовсе никаких мер? — спросила я. — Она ведь тоже была иномирянкой.

— Яртан был кем угодно, но не идиотом, — заговорила Милиэлла. — А потому прекрасно понимал, что истинной парой Настя может быть разве что самому Улималю.