Никто не упоминал ни Орден, ни Нового-пятого, ни предстоящей демонстрации. Всё было спланировано так, будто моё приглашение в резиденцию связано с обычными медицинскими консультациями.

После десерта гости стали расходиться, первым покинул помещение, пожелав нам всем доброй ночи, король, затем лорд Эймсворт, я тоже засобиралась, но герцог Винтерхарт попросил меня задержаться. К нему присоединилась его супруга, леди Элеонора, с задумчивым выражением на красивом лице.

– Магистр Элисон, – тихо произнёс герцог, – мы с супругой хотели бы побеседовать с вами наедине.

Я кивнула, и леди Элеонора мягко улыбнулась.

– Возможно, небольшая прогулка поможет нам всем взбодриться, – предложила она, поправляя серебряную брошь на своём элегантном платье цвета лаванды.

– Хочу показать вам зимний сад, – произнёс герцог достаточно громко, чтобы услышали слуги. – Королевский садовник вывел новые сорта роз, особенно прекрасные в лунном свете.

Накинув накидки, мы вышли на улицу. Вечерний воздух, напоённый холодом осени, заставил меня поёжиться. Лорд Генрих шёл впереди, а леди Элеонора грациозно ступала рядом со мной.

Извилистые дорожки привели нас к стеклянному павильону, расположенному в сердце парка. Войдя внутрь, я ощутила приятное тепло. Зимний сад являл собой настоящее чудо: среди холодной осени здесь царило лето. Магические светильники, имитирующие солнце, создавали мягкое сияние. Кругом цвели экзотические растения, фонтанчики журчали среди изумрудной зелени, а в центре здания благоухали редкие розы всевозможных оттенков.

Герцог проверил, что никого из слуг поблизости нет, и плотно закрыл дверь.

– Здесь нас никто не подслушает, – сказал он, указывая на лавочку среди цветущих кустов.

Мы расположились на скамье из светлого мрамора. Леди Элеонора сбросила с плеч тёплый плащ, расправила складки платья и внимательно посмотрела на меня.

– Магистр Элисон, – начал герцог серьёзным тоном, – я провёл собственное расследование относительно болезни Розалинды.

Его лицо помрачнело, уголки губ грустно опустились, леди Элеонора мягко взяла его за ладонь, стремясь поделиться с мужем своим теплом.

– Вы были правы во всём, – продолжила она, когда Генрих замолчал. – Розалинду действительно травили. Мою девочку…

Её голос дрогнул, но она быстро совладала с собой, демонстрируя стойкость, присущую настоящей аристократке.

– Кто? – тихо спросила я.

Супруги обменялись взглядами, и герцог ответил:

– Семейство Блэкторнов, – в его голосе звучал едва сдерживаемый гнев. – По старым законам, если прямая линия Винтерхартов прервётся, то их территории отойдут ближайшим боковым родственникам.