На остальные комнаты я пока не замахивалась.

Щепок и обломков получилось много, поэтому их вынос занял больше часа. Так же пришлось отдирать прогнившие мягкие внутренности изуродованного дивана и оставлять один корпус.

Под вечер на заднем дворе образовалась внушительная куча старого барахла. А я стояла рядом с ней и оперевшись ладонями на колени пыталась продышаться. Руки гудели от напряжения, ноги дрожали, и неприятно кололо где-то между лопаток.

Демоном я бы даже не запыхалась…

Я любовно погладила обгорелую ленточку в волосах, оберегающую меня от соблазна применить силу, и пошла работать.

Солнце уже начинало клониться к горизонту, а дел – непочатый край.

За крыльцом нашлось старое, ореховое помело. Я попыталась промести им пол, но гнутые прутья скользили по полу, больше пропуская, чем утягивая за собой.

Пришлось озадачиться новой метлой. Подобрав тот кусок проволоки, которым были стянуты створки шкафа, я снова взялась за топор и вышла на пригорок, туда, где несколько молодых берез росли перед спуском к реке.

Аккуратно надколола прутьев, сложила их пучком и примотала к черенку. С новой метлой дела пошли быстрее. Поднимая клубы пыли, я выметала грязь из углов. Потом прошлась по стенам, сняла длинные полотна паутины с потолка и оконных проемов.

В доме сразу стало легче дышать, но было все равно чудовищно грязно.

Я промела еще раз, а потом отправилась на поиски тряпок. Нашла старую, слежавшуюся простыню и разорвала ее на части.

А вот с водой получилась накладка.

Колодец засыпало сухими листьями и ни ведра, ни какой-то еще емкости, которую можно было опустить вниз, я не нашла. До реки было далеко, поэтому я еще раз обошла дом и подворье, в надежде что где-то притаилась сливная бочка для сбора дождевой воды.

Такая нашлась позади дома, под обломанным стоком среди зарослей крапивы. Притаптывавший жгучие стебли, я подобралась к ней ближе и заглянула внутрь.

Две трети объема занимала вода.

Я помочила вспотевшие, ободранные руки, умылась, блаженно жмурясь от живительной прохлады, и сделала несколько больших глотков.

Глава 18

Таз нашелся под крыльцом. Такой же кривой и старый, как и все остальное. По одному краю шли выбоины, по второму – трещина, поэтому пришлось наливать немного. Порыскав по саду, я отыскала узкие листы вергоницы. Выдрала ее вместе с корнем, сполоснула. Литья выкинула – толку от них никакого, а корень мелко порубила и бросила в таз. Вода тут же приобрела зеленоватый оттенок и горьковатый аромат.

В песчаном клане с помощью корня вергоницы отмывали арены после кровавых поединков. С грязью в запустелом доме она справится играючи.

Вернувшись в гостиную, я принялась за полы. Намочила тряпку, отжала хорошенько и встав на колени принялась тереть от окна к двери.