Между иссохших бревен торчала серая пакля. Немытое окно, едва пропускающее скудный вечерний свет, до середины зарывала выцветшая занавеска, растянутая на леске, наверху – закопчённый потолок.

Откуда-то справа доносились неясные голоса, но шум в ушах мешал разобрать отдельные слова. Пахло невкусной едой – пригоревшим мясом и капустой, а еще чем-то неявным, сладковатым.

Я попыталась подняться, но не смогла пошевелить даже пальцем. Тело не слушалось, и было до краев наполнено слабостью и болью.

Я снова закрыла глаза.

Следующее пробуждение случилось утром.

В комнате было светлее, чем накануне, и оттого запустение стало более заметным, но запах пригоревшей еды уже не так сильно раздражал нос.

Я не чувствовала ничего ниже пояса, но этот раз мне удалось поднять руку. Я долго смотрела на худые тонкие пальцы, на вязь голубых вен, проступающих под прозрачной кожей, на некрасиво обрезанные короткие ногти.

Это не моя рука! Слишком слабая и бледная.

Сжала ее в кулак. Таким нормально не ударишь – скорее себе кости переломаешь, чем нанесешь урон противнику.

Не моя…

В голове уже немного прояснилось и, прикрыв глаза, я обратилась к самой себе и своим ощущениям.

Вот она – я, прежняя. А вокруг мерцало марево чужой личины.

Слабый мир не смог принять демоницу в привычном обличии, и при перемещении я кого-то выбила из его собственного тела, заняв чужое место.

И это оно, чужое тело, сейчас было слабым и сковывало мои движения.

Первый порыв – сжечь личину, освободиться, но…зачем? Я в бегах, Варрах перевернет каждый из миров в попытке найти меня, а его приспешники станут рыскать повсюду, пытаясь выслужиться перед хозяином. И все они будут искать Верховную демоницу Лилайю, а не бледную моль с худыми руками.

Так что новая личина оказалась весьма кстати.

Я расслабилась и поудобнее расположилась на подушке. Состоящая из одних комков, она пахла потом и грязными волосами, но по сравнению с прелым матрасом на седьмом уровне подземелий Райгарда – это было королевское ложе."

"Темница осталась позади и торопиться больше некуда, поэтому я принялась изучать свое состояние. Отсеяла обрывки чужих мыслей и воспоминаний – ими займусь позже, и осталась наедине с собой.

Силы на месте. Истерзанные долгим приемом сока Мойри, они клубились неясным пятном где-то глубоко под сердцем. Физически цела и невредима, но истощена заточением и лишениями. Потребуется время, чтобы восстановиться, но все поправимо.

А вот состояние новой оболочки удручало. Она была не просто слаба – она была больная и немощна. Она была измучена и лишена желания бороться за жизнь.

Что за убогое ничтожество досталось мне?

Я уже собралась влить в нее немного собственных сил, но услышала чужие голоса.