— Прекрасно, пусть причаливают! У меня есть что им показать!

Спустя пару часов к острову причаливает еще один корабль и потом еще один. Подозревая что-то подобное, я прошу господина Эндора и Рину сопроводить всех торговцев в гостиную, и не начинаю показ масла, пока все не собрались.

Конечно, работы мы пока прекращаем, давай отдохнуть лошади, а Варду — следить за островом. В отсутствие Тардена, особенно после того, как крестьянин забрел туда, куда не должен был, бывший кучер в несколько раз усилил бдительность и даже расставил несколько ловушек. Не опасных, но неприятных и четко дающих понять, что кто-то куда-то не туда лезет.

Я переживала, что ребятишки могут в них попасть, но, надо сказать, что им развлечений хватало и без прогулок по острову, и они оказались на удивление дисциплинированными. Я даже начала задумываться (на будущее, конечно) не создать ли в деревне школу для детишек.

Торговцы интересуются сырьем, из которого мы получаем масло, и я им с удовольствием рассказываю про подсолнечник, его особенности. А еще упоминаю, что с ним можно утроить почти безотходное производство, ведь почти все, что остается от приготовления масла, можно использовать в хозяйстве.

Когда собираются все трое торговцев, которым я отсылала письма, Лира и Лидия приносят товар в прозрачных бутылках и выставляют перед нами, отходя к стене и с любопытством глядя на реакцию торговцев.

Рина с хитринкой на лице немного жеманно раскрывает веер, нотариус в очередной раз переставляет перо с одного места на другое, с нетерпением ожидая, когда он сможет составить торговые договоры."

"— Невероятно! Такой чистый, янтарный цвет! — с удивлением в голосе восхищается первый торговец, господин в темно-синем камзоле, поднимая бутыль к свету.

Его коллега, полноватый мужчина в дорогом шелковом жилете, поднимает вторую склянку.

— Аромат... божественный! И такая прозрачность... — он благоговейно вдыхает запах масла, откупорив пробку.

— Я готов забрать весь ваш запас! — заявляет первый купец, но тут же получает возражение от третьего торговца, молчаливого до этого момента мужчины в строгом темном костюме:

— Я прибыл первым и имею преимущественное право, — даже не двигаясь ухмыляется он. — Я предполагал, что меня здесь ждет уникальный продукт, и не ошибся.

Я сижу в удобном кресле во главе стола, наблюдая за их спором с легкой улыбкой. Через приоткрытые окна до нас доносятся крики чаек и плеск волн. Наверное, так ощущается триумф. Свежим, наполняющим и вдохновляющим на еще большие свершения.

Единственное, на чем я себя ловлю, что хотела бы, чтобы Тарден видел, что та, у которой “не на что больше взглянуть”, смогла дойти до своей цели. Посмотреть бы на его лицо, как изумленно будут блестеть его черные как беззвездная ночь глаза.