Поддерживали отношения и после войны. Набиев уволился из армии еще до развала Союза и обосновался в Карадораке механиком колхоза. После объявления Таджикистаном независимости Набиев не ввязался в гражданскую войну. Он прибрал к рукам то, что осталось от распущенного колхоза, и, как только обстановка в стране более-менее стабилизировалась, создал на базе колхоза животноводческий кооператив. Впрочем, ни о какой кооперации речи быть не может, так как всем — от зданий, пастбищ, оборудования, коммуникаций до собственно скота — владеет лично Набиев. Жители же Карадорака являются, по сути, его батраками.

Седов задумчиво проговорил:

— Да, укрытие надежное… При условии, что Набиев реально захочет принять у себя лиц, за которыми охотится российская служба безопасности. Он не может не знать, чем это грозит и его бизнесу, и ему лично.

— Ты прав, — согласился Трепанов, — но…

Тут из автобуса донесся голос капитана Коновалова:

— Прошу прощения, товарищ полковник, мы еще долго будем сидеть в автобусе? Знаете ли, в салоне как в бане. Жарковато!

— Да, Пегас, скажи водителю, чтобы доставил отряд к месту его временной дислокации.

— А что, отряд не летит в Москву?

— Я что-то неясно сказал?..

— Понял!

Дверь автобуса закрылась, и «ПАЗ» пошел в сторону строений у технической зоны аэродрома.

— Ребята уже приготовились лететь в Москву, — сказал Седов.

— Они и полетят в Москву, а кто-то и дальше. Позже… А сейчас вернемся к теме, ты прав, Валера: местный народ насколько гостеприимен, настолько и расчетлив. Здесь каждый живет — я имею в виду сейчас, в новое время, — по принципу «мой дом — моя крепость».

— На Востоке всегда так жили.

— Ну, это спорный вопрос… Да, Набиев в обычных условиях принял бы непрошеных гостей, угостил бы — а потом нашел бы повод выпроводить бывших сослуживцев… Если бы у Кравчука не было компромата на господина Набиева. Еще в восьмидесятых годах через прапорщика и Березин, и Кравчук проворачивали темные делишки, тайно сотрудничая с полевыми командирами душманов. И этот компромат гораздо опасней для Набиева, нежели риск укрытия у себя бывших подельников.

— Компромат действительно существует или это только предположение? — уточнил Седов.

— Предположение. Но без компромата, сам понимаешь, бывший прапорщик не стал бы прятать у себя бывших сослуживцев.

— Чем подтверждено присутствие предателей в Карадораке?

— Я же уже говорил, данными внешней разведки.

— А в СВР ничего не напутали?

— Ну, знаешь, Седой, это уж слишком…

— Да нет, Александр Владимирович, в самый раз. Сколько раз мы при реализации разведданных или выходили на пустышки, или попадали в экстремальные ситуации? Если вы забыли, то я помню хорошо. Очень хорошо.