Конечно, можно было купить что-то из того кружева, что плели дочки старосты, но я понимала насколько приятнее Лесте будет городская покупка. Нора же просто тихо радовалась возможности посмотреть Энкерт. До сих пор она там не была ни разу.

Выехали мы с первыми лучами солнца и еще до полудня подкатили к городским воротам, тем самым, что были рядом с замком.

Поскольку дорога с самого начала весны была уже опробована крестьянами и признана вполне рабочей, то вместе с нами ехали еще две телеги. На одной жена старосты везла в город на продажу остатки кружев, сплетенных за зиму, и несколько лотков уже перерастающей рассады. Своим в деревне не понадобилось: у всех такой навалом. А в город, глядишь, и разберут.

Именно в это время в доме, который снимала скоромная, не титулованная дворянка Амелия Флоренс, происходил занимательный разговор о содержании которого я узнала очень скоро, но совершенно случайно.

***

-- Кэти, чай готов? – госпожа Флоранс вопросительно взглянула на служанку: – Герцог обещал заехать около полудня.

-- Все готово, светлая госпожа. Повариха только что вынула булочки из духовки, так что если его светлость не опоздает, отведает еще тепленьких.

-- Хорошо, Кэти, ступай.

В общем-то, Амелия уже догадывалась, о чем пойдет разговор. Вопрос упирался в то, достаточно ли интересной будет кандидатура мужа с ее точки зрения.

«Впрочем Шарль на редкость порядочный мужчина. Если этот брак не устроит меня, я всегда могу отказаться». Амелия подошла к зеркалу, внимательно оглядела себя, ловко поправила выпавший из прически локон и села в кресло у окна, взяв томик романа.

Прошло несколько минута и книга легла на колени, а взгляд хозяйки, устремленный куда-то в угол комнаты, стал совсем задумчивым. Видно было, что молодая женщина что-то вспоминает.

***

Шесть лет назад муж Амелии Флоранс, один из капралов на герцогской службе, был убит самым позорным образом – в пьяной трактирной драке. Молодая вдова точно знала, что никакой помощи извне ждать она не может. Если бы у нее были богатые родственники, вряд ли бы они позволили свершиться такому ужасному мезальянсу, как ее брак. Дворянке, пусть не титулованной, выйти замуж за простого капрала – это настоящий позор!

Сама Амелия, будучи девушкой очень практичной, так вовсе не считала. В свое время, здраво рассудив, что за такой сиротой-бесприданницей, как она, очередь из женихов стоять не будет, девушка обратила внимание на старших сыновей в купеческих семьях.

Дворянство и обращение “госпожа” – это практически все, что было у сироты. Ей было около тридцати лет, когда она в единственном своем приличном платье стала принимать приглашения на небольшие семейные вечера в купеческих домах. Девушка была миловидна, неплохо воспитана.